Илья Сергеевич тоже встал коленями на скамейку, облокотился на перила и уставился на пруд, по которому плыли листья.

– Смотря что ты имеешь в виду, – сказал он и сбоку посмотрел на Артобалевского. – Наука многие странности объясняет. Странности и паршивости.

– Нет, но вот почему никогда не бывает – хорошо? Почему если одно хорошо, то всё остальное непременно плохо? Почему нужно то и дело какие-то решения принимать, чего-то кому-то объяснять, со всеми считаться? Почему нельзя просто жить?

Профессор Субботин подумал, что виски действует не только на него одного, но и на продюсера тоже.

А поначалу казалось, что его ничем не взять!

– Просто жить очень сложно, – непонятно объяснил Илья.

Артобалевский помычал, соглашаясь, и профессор продолжал:

– Можно никого к себе не подпускать, тогда будет легче. Или обзавестись союзником.

– Одним? – перебил Артобалевский.

– Таким, чтоб на все времена."

"– Таких союзников не бывает, брат.

Они помолчали, глядя каждый в свою сторону.

Ангел у них за спиной глотнула виски, поморщилась и запила остывшим чаем. Она знала, что виски полагается любить, что в нём нужно разбираться, его положено смаковать и ценить, чувствовать нежный вкус шоколада и сухофруктов, яблочного пирога и мёда, а также ваниль, но у неё всё никак не получалось.

И она пообещала себе, что непременно научится, чтоб такие, как Артобалевский, не считали её отсталой дурой, а считали бывалой светской львицей.

Виски, хоть ей и не нравился, но действовал и на неё тоже.

– Вон девочка твоя наверняка думает, что любовь вечна, а ты-то куда?

Илья удивился – он вообще имел в виду не любовь и не думал о ней. Выходит, Артобалевский думал?.

.

– Что-то нехорошо мне, – серьёзно сказал Артобалевский. – Или я чего-то не понимаю, или всё наперекосяк пошло. Как будто… руль бросил.

– За рулём нужно быть осторожней, – напомнил Илья. – А ты по сторонам не смотришь.

– Да ладно, я же извинился!

– Куда ты в тот день делся? Я тебя высматривал, а ты как сквозь землю провалился.

– По башке хотел дать? – развеселился Артобалевский. – Да никуда я не делся. В Ярославль поехал.

– Зачем?

– За надом! Покататься решил. У меня там фильм снимается. Все фильмы снимаются в основном в Ярославле или в Твери.

Ещё в Минске! Я сюда приехал, чувствую, что-то мне нехорошо. Вот совсем нехорошо! И так всё время, прикинь? Я и поехал их инспектировать. А потом сюда опять вернулся. Зато покатался. Напиться бы так, чтоб три дня спать. А лучше год! Представляешь?! Сейчас заснуть, а через год проснуться. Вот это дело!

Илья Сергеевич ни за что бы не согласился проснуться через год. Эдак самое интересное можно проспать. Самое странное и неожиданное, чего раньше никогда не было в его жизни.