Мари попала на Адарон совершенно случайно, вместе со своими двумя детьми, двойняшками — мальчиком и девочкой. Но Адарон принял и ее и детей, и теперь она счастливо живет здесь, забыв о проблемах прошлого. Именно в ее дочь-землянку влюбился Тайрон. Они ровесники, и еще при первой встрече пятнадцать лет назад сблизились. А Лейла взаимно влюблена в племянника одного из мужей Эммы. Поэтому получается, скоро мы все станем одной семьей.

— Тайрон и Сара, Лейла и Зейн... — прошептала я, глядя в иллюминатор на проплывающие облака.

Скоро наши семьи станут ещё больше. И я была готова к этому. Готова к новому этапу нашей жизни.

Я направилась в свою каюту, прикрыв за собой дверь с легким щелчком. Несколько минут тишины — вот все, что мне сейчас было нужно.

Перед этим я заглянула к детям: малыши Айрас и Аделия, уставшие от сборов, уже сладко спали, укутанные в мягкие одеяла. Средние — Снежа, Эльрик и Мариса с Агнией — увлеченно играли в какую-то настольную игру в детской, а Лейла с Тайроном засели у нее в каюте, обсуждая что-то свое — наверняка планы на встречу с их возлюбленными.

Я улыбнулась, глядя, как они перешептываются, словно заговорщики. Двадцать лет пролетели так быстро...

Каюта встретила меня мягким светом ламп и тишиной. Я подошла к иллюминатору, опустилась на пол, на мягкие подушки и уставилась на удаляющийся Эфрион. Планета медленно превращалась в крошечную точку, утопающую в звездном океане.

Скоро увижу его. Афгард улетел две недели назад по делам имиров, но обещал присоединиться к нам уже на острове. Мой самый занятой и терпеливый муж. Он никогда не спрашивал, почему у нас с ним нет детей. Считал, что это из-за его природы. Имиры изначально не способны зачать. Даже после того, как он напитался моим лиафритом, он все равно был уверен, что шансов нет.

«У меня уже есть дети, — говорил он, обнимая меня после очередной бессонной ночи с младшими. — И они безумно любимы. Мне больше ничего не нужно».

Но он ошибался. Я положила ладонь на еще плоский живот и усмехнулась. Его ждет сюрприз.

Мы с мужьями давно договорились — восемь детей (пять девочек и три мальчика) — это уже огромное счастье. Они не против были бы и больше, но... боялись за меня. Каждый раз, когда я заводила разговор о новой беременности, в их глазах вспыхивала смесь радости, тревоги и безумной нежности.

«Ты уверена?» — спрашивал Атиш, обнимая меня за плечи.

«Мы и так счастливы», — добавлял Лейвир, целуя мои пальцы.

«Но если ты хочешь...» — Кайс тут же хватал меня на руки, а в его глазах загорался тот самый огонь, от которого у меня до сих пор перехватывало дыхание.

И каждый раз я отвечала одно и то же:

«Я чувствую себя прекрасно. Я хочу этого».

И они сдавались.

Потому что видели — я не лгу. Двадцать лет на Адароне почти не оставили следов на мне.