Врачи давали мне еще десять лет жизни. Но какой? В болях. В муках.

Иногда, я думала все бросить. Но продолжала ради родителей. Они взяли с меня слово, чтобы я боролась. Не ради них, или еще кого-то. Ради себя. И я боролась. С трудом, но шла на процедуры. Надеялась на то, что однажды выявят эффективное лечение для меня. Но тот врач, что занимался мной последние два года, все испортил. Эн просто разрушил все мои надежды.

Сейчас, я впервые не ощущала тех уничтожающих душу чувств. Но это не успокаивало. Ведь я здесь не по своей воле. Но в ином случае я была бы уже мертва, поэтому я храбрюсь. Просто тихо переживаю, не в силах показать свои истинные чувства. Я не могу дать слабину. Не сейчас, когда решается моя судьба. Я все еще помню обещание, данное родителям. И исполню его. Даже на другом конце вселенной. Нам проведут процедуру, после которой мы изменимся. Навсегда и безвозвратно.

Мы с девочками держались за руки и молча шли по коридору. Каждый думал о своем. Каждый справлялся со своими эмоциями сам. Но главное мы пришли к общему решению. Принять все как есть, и захотели жить дальше. К счастью, нас не собираются использовать как рабынь, или как инкубаторов. Нам дают возможность начать жизнь заново, но с одной поправочкой: взять в мужья инопланетников, которые уже к концу дня, сразу после процедуры, станут единственными, с кем мы сможем создать семью. Лиафрит который введут нам в тело, не даст забеременеть против нашей воли. И это успокаивало. Все вроде хорошо, но и до ужаса переживательно.

Нас проводили до главной процедурной. Мы здесь были только во второй раз.

Когда первый раз проснулись на корабле, нас привели сюда, для обследований. И вот второй, сейчас. Других девочек здесь не было. Видимо проводили процедуру группами. Нас попросили сесть на диванчики в углу и подождать. Девочки, разместившись, стали перешептываться о своем, я же осмотрелась. Процедурная довольно большая. Много всяких неизвестных мне приборов, кабинок и инструментов. Шкафчики с колбами, наполненными жидкостями разных цветов и экраны с нашими изображениями. Я не любила такие места. Сразу вызывает неприятные ассоциации с прошлым. Пусть я с десяти лет проводила время в больницах, я это все ненавидела. И мечтала, чтобы все эти проверки и процедуры уже закончились. Раз и навсегда. Поэтому, когда спросили кто готов, я вызвалась первой. Так и раньше было. Лучше быстрее отстреляться, чем сидеть, ждать и переживать. Девочки поддержали меня кивками, но видно, что волновались. Как и я сама. Меня проводили в отдельный небольшой кабинет и посадили на удобное кресло, попросив расслабиться. Что было совсем не просто, особенно после того, как в процедурную неожиданно вошел главный капитан. Девочек я не видела из кабинета, но входную дверь было видно.