У меня конфиденциальное поручение от Политика, которого ты знаешь. Иначе я просто не смогу проверить, кто именно примкнул к этой семерке и начал работать на масонскую ложу. Мне нужна именно твоя помощь.

– Я это понял, – вздохнул Лоусон, – у тебя опять почти невыполнимая задача. Постараюсь позвонить ему сам.

– Тогда договорились. За тебя, – поднял бокал Дронго.

– За твою долгую жизнь, – грустно пожелал Лоусон, словно сомневаясь в этих словах."

"…На следующий день самолет приземлился в римском аэропорту Фьюмичино имени Леонардо да Винчи, и оба напарника отправились в центр города на встречу с главой национального банка Италии Орацио Локателли. Национальный банк занимал вытянутый трехэтажный дворец, именуемый Палаццо Кох. Они появились в банке в третьем часу, и им сообщили, что нужно приехать к четырем часам, после сиесты. Им пришлось выбрать небольшой ресторан рядом с банком, где они и расположились за столиком. Вейдеманис попросил принести ему холодного пива, Дронго предпочел бокал холодного белого вина. Он набрал номер Лоусона.

– Я уже передал твою просьбу его старшему помощнику, – сообщил Лоусон, – сказал, что это исключительно важно. Он пообещал помочь. Не знаю, сумеет или нет, но пообещал. Надеюсь, что он не станет перезванивать нам и узнавать, кто и почему просил об этой встрече.

– Спасибо. Как зовут этого помощника?

– Николо Кармесси. Я дал ему твое имя и фамилию. Сказал, что тебя обычно называют Дронго. Он удивился, но записал. Очень пунктуальный и исполнительный итальянец, что совсем не похоже на итальянцев.

– Не нужно наговаривать на этот прекрасный солнечный народ, – недовольно проворчал Дронго.

– Извини. Я забыл, что у тебя супруга итальянка, – рассмеялся Лоусон.

Дронго нахмурился. Он не разговаривал с Джил уже несколько дней. Попросив телефон у Эдгара, набрал ее номер:

– Добрый день.

– Надеюсь, что добрый, – произнесла она. – Ты не звонил мне целых два дня. Тебе не кажется, что так нельзя? Можно было хотя бы раз в день отзваниваться.

Он подумал, что не стоит ей рассказывать о том, что произошло за эти два дня. Его пытались убить несколько раз, и он тоже стрелял и даже убил человека. Хотя Уиллера нельзя называть человеком в полном смысле этого слова. Он был жестоким и мстительным убийцей. Но все равно неприятно. Интересно, что бы она сказала, узнай, что он стрелял в живого человека, пусть даже защищая свою жизнь, пусть даже в такого законченного подлеца.

– У меня были очень важные дела, – признался Дронго, – но все равно я виноват. Ты абсолютно права. Я настоящая свинья.

– Не нужно так буквально, – рассмеялась Джил. – Как у тебя дела? Все в порядке? Где ты сейчас находишься? В какой точке земного шара.

– В Риме, – неожиданно даже для самого себя ответил эксперт.