С ума сойти! Не умею я хранить секреты, даже свои собственные!

Открываю дверь и захожу, нервно улыбаясь.

— Привет! — говорю ему. Роман Сергеевич собственной персоной сидит на гостевом стуле, перед ним пустая чашка из-под кофе. Хоть гадалку зови после ухода этого загадочного мужчины, может, хоть она расскажет о нем что-нибудь существенное.

При взгляде на меня он улыбается.

— Привет еще раз. Шикарно выглядишь, — поднимается с места и делает два шага навстречу. Сегодня он снова в джинсах и тонком светлом пуловере, подчеркивающем достоинства фигуры.

В ответ на комплимент я закрываю дверь на защелку и подхожу к нему вплотную, кладу ладони на его грудь, перебираю пальцами. Он не теряется, тут же обнимает в ответ, прижимает к себе да так внезапно и жадно, что мои колени слабеют. Понимаю, что у него уже эрекция, а мы ведь только увиделись:

— Говори честно, скучал? — флиртую с ним.

Он бросает взгляд на окно, убеждается, что нас никто не может увидеть, после чего сразу начинает расстегивать пуговицы на моей блузке."

"— Зря дразнишь меня, — все еще улыбается. Склоняется и целует, в этот раз с языком, не церемонясь. Мои руки гладят его по затылку, поощряя. Середина дня, иногда я закрываю кабинет, когда ухожу надолго. Если кто-то постучит, а я не открою, они подумают, что я ушла обедать…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Простыми ласками мы мгновенно доводим друг друга до того состояния, в котором прошлый раз расстались. Я просто не могу остановиться. Не могу остановить его. Вместо этого лишь теснее к себе прижимаю, когда ласкает губы, направляю его, показывая, что хочу шею. Он тут же целует шею. И это его частое дыхание, от которого мое собственное рвется… Мои пальцы уже забрались под его пуловер, гладят грудь и плоский живот. Он снова и снова целует мои плечи, мои ключицы. Мы как-то неуклюже облокачиваемся на стол, он крепко меня держит и, стягивая лямочку бюстгальтера, склоняется к груди. Горячий язык касается соска, и я могу лишь дышать, прикрывая глаза от удовольствия, да ерошить короткие волосы на его затылке.

Его руки облапали меня всю, я прошу его вернуться к губам, наслаждаюсь его вкусом и граничащей с грубостью нежностью.

— Вижу, что скучал, Рома, — я хочу, чтобы он произнес это вслух. — Можешь даже не отвечать, — сама себе противоречу.

— Очень, — честно признается: — Янка, ты пока не знаешь, но я мнительный до психоза, ночью думал, что тебя вчера… чуть не потерял тебя вчера. Я в тебя просто… с пол-оборота. А мог не узнать и без всего этого… остаться, — он стягивает мои волосы, накручивает на кулак, немного больно, но не слишком. Я бы даже сказала, что приятно.