– Давай ближе, — буркнул гребцу Новиков и, когда после двух сильных гребков лодка подошла почти вплотную, крикнул уже летчику: — Кидай!

Вот веревка поймана и закреплена на носу, а первый шок от встречи с воздушным (или водяным, тут как посмотреть) монстром сошел, на повестке появился новый вопрос: а как, собственно, это чудо-юдо разгружать?

– Слышь, служивый, — прямо спросил Новиков летчика, — а груз как упакован?

– Часть в ящиках, часть в мешках… А вам зачем?

– Так прикинуть надо…

– А чего прикидывать-то? К берегу подойдем, там мостки сделаем и то, что внутри, перетаскаем, — оптимистично ответил летчик.

 — А основной груз вот он — в контейнерах под крыльями. Найтовы привяжем, сбросим на мелкой воде, а вы уж вытягивайте.

– А ты уверен, военлет?

– Что, я в первый раз, что ли, летаю? — В голосе летчика послышалась обида. — Лучше глубины говорите или по фарватеру проведите. Фонарь на юте зажгите и ведите.

– Где зажечь? Ты по-человечески говорить можешь? — Новиков явно стал терять терпение.

– На заду у тузика, то есть лодки! Сухопутные вы наши, на заду!"

"– А, так бы и говорил… — проворчал чекист.

 — А глубина здесь нормальная — метра полтора, а у мостков — метр.

– Командир, здесь около метра! Фарватер покажут! — громко крикнул летчик куда-то в недра самолета.

Ответа сидящие в лодке не расслышали, но говоривший странные слова летчик, выслушав распоряжения своего командира, высунулся из люка и сказал:

– Пошли!

* * *— Пять не возьмем — просто посадить некуда, сами видели. — Кряжистый летчик зевнул.

– А если в проход положить? — устало спросил еще один из гостей — моложавый, но при этом совершенно седой старший лейтенант госбезопасности.

По крайней мере, он так представился.

– А в хвост как, если что, пройти?

– Не боись, пройдем. Так что всех пятерых забираем.

– Как скажете, я — только извозчик. Но если до Тушино[83] не дотянем…

– Не гунди, летун, и без тебя жизнь не сахар, — резко оборвал его энкавэдэшник. — Иди, лучше часок сосни перед обратной дорогой.

Нисколько не обидевшись на такое довольно грубое обращение, летчик встал из-за стола и, сопровождаемый одним из местных бойцов, вышел из штаба.

– Что хотели передать в Центр? — словно разговор об общем деле не прерывался на почти сорокаминутное чаепитие, совмещенное с приемом грузов по описи, спросил «гость с Лубянки».

 — Я ведь правильно вас понял, товарищи, у вас есть что-то важное, что необходимо доставить в кратчайшие сроки в Москву?

– Да, — просто ответил Новиков. — Вот. — И он поставил перед собой на стол немецкий солдатский ранец. — Здесь — трофейные документы. В основном армейские идентификационные, но есть несколько карт, штабные приказы, ведомости и несколько списков. Личного состава, вооружения и складские.