Еще несколько раз просмотрев заполненную примерно до половины тетрадь, он заявил, что этот документ должен быть немедленно передан в Москву! Пришлось твердо возразить, что тогда отряд останется ни с чем, поскольку очень многие хитрости и тактические приемы еще не отработаны, а вырывать страницы — это последнее дело, поскольку лично он, Трошин, отвечает за доверенный ему документ перед товарищем Куропаткиным. Так что придется товарищу старшему лейтенанту госбезопасности немного попотеть и переписать необходимую информацию. Потом, правда, резонно решили, что копировать будут именно то, что потребно для отряда, что должно было сэкономить кучу времени, поскольку солидная доля записей в тетради относилась к делам стратегическим.

Ну и расписку Новиков, конечно, написал. Мол, я, такой-то такой-то, изъял документ у такого-то такого-то для нужд наркомата и несу за него теперь полную ответственность. Правда, Вячеслав, памятуя о кое-каких разговорах со «старшими товарищами», спросил, а не проще ли перефотографировать страницы, но был послан в столь далекие края, куда и не всякий самолет долетит, а если и долетит, то точно при посадке застрянет.

– Конечно, Вячеслав Сергеевич. Но вот тебе, как командиру, идейку хочу подкинуть.

– Валяй.

– А если все это богачество на гектографе[82] размножить и с «соседями» поделиться, как ты на это смотришь?

– Неплохая идея, чего тут говорить… Вот только я, товарищ лейтенант госбезопасности, что-то пока никаких «соседей» в округе не наблюдаю.

– Ну, товарищ лейтенант госбезопасности, — ответно подколол Новиков, — лиха беда начало, как в народе говорят.

Под Витебском пара отрядов есть — я точно знаю.

– Большие?

– Не очень. В одном четыре десятка, в другом — около сотни человек.

– Ну и то — хлеб. Кстати, о хлебе! — И Слава вскочил с лавки. — Скажи мне, Сергей Афанасьевич, как у тебя с контактами в Дзержинском районе?

– Извини, товарищ командир, чего нету — того нету.

– А если через верх зайти? — не унимался Трошин. — Через республиканский наркомат, к примеру? Не может быть, что, уходя, они никого не оставили!

– Да зачем тебе?

– А за хлебом сгонять, вот зачем! У Марининого дядьки мы там пару тонн спрятали.

Опять же, урожай скоро собирать должны, немцы всяко на него лапу наложить попробуют, а тут мы — с горячим партизанским приветом.

– Ух ты! — почти искренне восхитился Новиков. — Прямо вот так нападем и отберем?

– Вот тебе и «ух ты!». Нормального хлеба хочется, а не этого… — И он показал рукой на оранжевый пакетик с немецкими пайковыми сухарями, точнее — сухариками.