– Я не стану мешать. Все от меня отделываются, запираются, плачут, а я даже не знаю, что происходит.

– Теперь ты обо всем знаешь. Я тебе все объяснила, – ответила Фан.

Подруги уселись рядом на диване, а Мод устроилась на кровати, чтобы в случае чего зарыться лицом в подушки, если не сможет удержаться от слез.

– Хорошо, что ты спокойна, милая. Я боялась, как все это повлияет на тебя, – сказала Полли и тут заметила, что глаза у Фанни лихорадочно блестят, а лицо мертвенно бледно."

"– Потом буду рыдать, – грустно улыбнулась та. – Понимаешь, я настолько ошарашена, что… – Она осеклась, подбирая слова. – Конечно, мне следует горевать и сочувствовать бедному папе. И мне действительно очень его жаль. И все же я рада, что теперь мне волей-неволей придется заняться делами и выйти из этой проклятой тоски, которая столько времени меня грызла.

Фанни побледнела еще сильнее. Полли крепко ее обняла.

– Возможно, все не так плохо, как кажется. Я не очень-то разбираюсь в этом, но видела людей, которых постигла похожая неудача, и они живут, кажется, не хуже, чем раньше.

– С нами другое дело, – мотнула головой Фан. – Папа намерен отдать абсолютно все, чтобы никто и слова против него не сказал. Останется лишь небольшая собственность мамы, которая оформлена на нее и поэтому не подверглась риску. Было так трогательно, – дрогнул голос у Фанни. – Бедность маму пугает больше, чем даже меня, но тем не менее она уговаривала отца взять ее деньги, если они помогут. Только он твердо сказал, что у него даже в мыслях не возникало прибегнуть к средствам, благодаря которым она останется обеспеченной.

– И что он теперь собирается делать, не знаешь? – с тревогой спросила Полли.

– Переехать в маленький дом, который раньше принадлежал бабушке, – ответила Фанни. – Отец считает, что для банкрота нечестно по-прежнему держать такой огромный дом, как этот.

– Ничего не имею против, – вмешалась в беседу Мод. – Мне нравится бабушкин маленький дом. Там есть сад, а еще уютная комнатка с треугольным шкафом. Всегда мечтала там жить. Если это и есть банкротство, то все не так ужасно.

– Не торопись с выводами, – сухо сказала Фан. – Не будет ни экипажа, ни хорошей одежды, ни слуг, и придется жить на гроши. Тогда посмотрим, что ты скажешь о банкротстве, бедная моя сестренка.

– Все мои вещи заберут? – перепугалась Мод.

– Вполне возможно, – ответила Фан. – Думаю, нам мало что останется.

– Моих новых сережек никто не получит! – воинственно воскликнула Мод. – Я их спрячу. И свое лучшее платье. И золотую бутылочку для нюхательных солей. Это гадко – забирать вещи у маленькой девочки! – и она нырнула в подушки с придушенным воем.