Сложно сохранять здравый смысл, когда он так страстно меня целует, когда, находясь рядом, выдает столько эмоций, что меня саму куражить начинает. В крепких и таких горячих объятиях я таю как воск, растекаясь лужицей, а пошлые комплименты Савельева, которые должны резать слух, наоборот, пробуждают новые чувства и желания.

Не спасемся же, пропадем…

Как бы я ни старалась выбросить Мирона из головы, сколько бы ни страдала от ревности и желания избавиться от этого притяжения, понимаю, что чувства оказываются сильнее разума. Это зависимость, это нездоровое всемирное тяготение.

Отталкивая Мира, понимаю, что сильнее к нему тянусь. И теперь он под моей кожей. Он в каждой клеточке моего тела. Он в моих снах. Мыслях. Он просто во мне…

Это плохо? Это грех?

Но я ничего не могу с собой поделать…Каждый раз хочу снова и снова ощущать его прикосновения, чувствовать его губы на своих, чувствовать его руки на своем теле. Хочу видеть улыбку Мирона, слышать его голос, хочу, чтобы он смотрел на меня. Только на меня.

Хочу как можно дольше испытывать это прекрасное чувство, о котором так много читала в книгах…

А что, если закрыть на все глаза и поддаться соблазну, стать свободной от предрассудков, мнения окружающих? Смогу ли я решиться на такой серьезный шаг?

Конечно же нет! Я слишком мнительная, чтобы отдаться этому безрассудству.

По-прежнему расхожусь в сомнениях, захлебываюсь анализом происходящего. Понимаю же, что нельзя с разбегу поддаваться искушению, как бы мне этого ни хотелось.

Хороших девочек всегда привлекают плохие мальчики. Они уверенные в себе, дерзкие, решительные и очень-очень красивые. В таких невозможно не влюбиться. Но плохие мальчики никогда не полюбят хороших девочек.

Глупо надеяться на то, что у нас с Мироном может что-то получиться. И если для него я буду очередной дурочкой в списке поклонниц, то мне придется из мелких осколков собирать свое разбитое сердце. Готова ли я дать себе шанс на счастье, заведомо зная, что еще не один раз пожалею об этом?

— Анна, кто это был? — мама уже в третий раз залетает в комнату с этим вопросом.

— Тебе не о чем волноваться. Мы просто…

Целовались, как в последний раз. Целовались с такой страстью, будто от этого зависит наша жизнь.

— Я уже слышала про проект, — тут же обрывает меня мама, роняя голос до шепота.

Но чем тише ее голос, тем сильнее она злится. — Ты в него влюблена?

Да!

Да, черт возьми, да! Влюблена!

Я влюблена в Мирона!

Но говорю совсем обратное:

— Нет, мне он не нравится. Сколько раз нужно это повторить, чтобы ты успокоилась?

Проглатывая ком в горле, чувствую, как состояние легкой эйфории быстро угасает. В груди неприятно саднит, а на глаза наворачиваются слезы. Так и хочется провалиться под землю, не видеть и не слышать ничего.