Никакого общения с людьми, которые ей не нравится, а главное — полный запрет на общение с противоположным полом, чтобы однажды я не принесла ей дитя в подоле. Страх увидеть на дочери клеймо матери-одиночки с прогрессирующей скоростью превращается в нездоровую фобию. Все исключительно после свадьбы.

— Завтра я иду библиотеку, — информирует меня мама. — Наберу много разной литературы для нас с тобой. Нечего скитаться без дела, — тут же меняется в лице, становясь чересчур хмурой. — Знаю я городскую и избалованную молодежь… Да и ты у меня очень ведомая, Анна. Тебе внушат какую-нибудь чушь, дальше ты свяжешься с плохой компаний и принесешь в дом нежеланного внука, — и принимается креститься со словами: «Господи, отведи и убереги. Не дай бог»…

— Мам! — вскрикиваю возмущенно и отбрасываю тряпку в сторону. Нет, ну это ни в какие ворота не лезет!

— Запомни, дочка, не только воспитание делает из нас человека, — начала разглагольствовать мама. Боже, да у нее сейчас нимб над головой вспыхнет! — Классика также способна взрастить достойное поколение. Тебе, милая, нужно много учиться и трудиться, чтобы в будущем нам за тебя не было стыдно. И не забывай о подобающем поведении. Негоже девке ерундой заниматься и шастать невесть где.

— Мам, да я…

— Все, родные, заходим в дом. Время близится к ночи. А Анне нужно еще успеть позаниматься. Как, кстати, первый день? Программа тяжелая? Справляешься? Репетитор не нужен?

— За один день и не поймешь, — изо всех сил стараюсь сохранять спокойствие, но родители будто на прочность меня проверяют. — Но преподаватели сильные, — делаю вдох-выдох, при этом сжимая руки в кулаки.

— Приятно слышать, — одобряюще кивает мама и целует меня в лоб.

Шаркая ногами по вымощенной дорожке, захожу в дом. Выкладываю тетради из рюкзака, переодеваюсь в домашнюю одежду, закручиваю волосы в тугую гульку на самой макушке и иду мыть руки, устало позевывая.

Раскатывая пену между ладонями, заново прокручиваю первый день в университете. Слишком сумбурно он прошел. Сначала этот невоспитанный Глеб попытался задеть меня словами, потом Мирон смотрел так, словно съесть готов. А на паре по архитектурному проектированию я допустила глупую ошибку, отчего даже преподаватель надо мной посмеялся.

И лишь Маша целый день пыталась задать нам боевой настрой и, как мне показалось, поставила себе задачу — за каких-то пару часов провести мне экскурсию по всем корпусам и аудиториям университета, не забывая рассказать последние свежие сплетни-новости. Они были такими же абсурдными, как и сводки в бульварных газетенках.

Вообще, меня все еще потряхивает от этого дня. Даже кусок мяса в горло не лезет, но мама упрямо настаивает на том, чтобы я доела ужин.