И дело с концом, но… Почему я не хочу этого делать?

Я демонстративно ухмыльнулся, обернулся и посмотрел на кабину КамАЗа.

— Наверное потому, что в кабине грузовика на самодельной бомбе лежит ваш товарищ и если он сделает неверное движение, все взлетит на воздух! Он погибнет, а груз будет уничтожен… И только я знаю, как все это безопасно обезвредить! Так что, пока я цел и невредим…"

"По изменившемуся лицу американца стало понятно, что такого развития событий он точно не ожидал. Русский оказался коварным, подстраховался заранее.

— И да… Я все знаю! — уверенно продолжил я. — Иванов всего лишь посредник с которым вы работали. Все якобы, было согласовано. Но это не так… И да, полковник Калинин тоже в курсе, что вы нарушили оговоренные ранее правила.

Я выдержал небольшую паузу, затем продолжил:

— Но если я не выйду на связь через… — я посмотрел на часы. — Пять минут… Будут предприняты жесткие меры. Сюда прилетят вертолеты и все здесь накроют ракетами! Уйти вы при этом не сможете! Думаю, объяснять, что это значит не нужно?

Конечно, он понимал. Ни о какой скрытности их вмешательства и речи не будет. Их накроют ракетами с воздуха, а уже потом будут разбираться кто и где. Другое дело, что я выдал желаемое за действительное и никто сюда не прилетит. В это время в Сирии практически не было советских вертолетов, а сирийские ВВС вряд ли готовы к подобным ночным вылетам.

— Как тебя зовут? — глухо спросил ЦРУшник.

— Максим Петров, — свою настоящую фамилию я называть не стал. Неизвестно какой будет его реакция услышав, кто я такой. Ведь как показали недавние события, разведчика Громова в ЦРУ знают… Более того, на меня там целое досье имеется, во многом благодаря Вильямсу.

— Я Томми… — ответил он, хотя меня его имя совершенно не интересовало. — Кто ты такой? Офицер КГБ?

— А какая разница?

— Хм… — тот несколько раз быстро и часто покивал головой. — Все вышло из-под контроля и… Вот что я предлагаю, Максим. Незачем нам выяснять отношения… Тем более здесь. Да, ваш Калинин в курсе этого, хотя всех деталей он точно не знает и знать не может. Ладно, так быть. Сейчас я отпущу твоего человека, а ты отпустишь моего. Более того, я дам вам уйти, никто не тронет… Гарантирую! Ну что, по рукам?

— Ну, нет. Так не пойдет! — я отрицательно качнул головой и махнул в сторону КамАза. — Груз я тоже заберу с собой! Он принадлежит Советскому Союзу.

— Нет! — в свою очередь возразил Том. — Груз, что находится внутри кузова этого грузовика, принадлежит США! Это было заранее согласовано с сирийским правительством! И ваши офицеры, между прочим, об этом тоже знали…

— О, как… — подумал я, услышав откровения американца. — Было согласовано, надо же. С кем? С Ивановым? Калининым? Черт, а не Калугин ли тут главная фигура? Нет, вряд ли.