У остальных не хватило бы хитрости и изворотливости для такой масштабной операции.

– Зачем вы рассказали Тарханову? – устало спросил Дронго.

– Он сам мне позвонил. Переживал из-за нашего разговора. Какому адвокату понравится, если его обвиняют в предательстве? Конечно, я ему все объяснил. И сказал, что мы уже нашли виноватого.

– Почему вы так в этом уверены?

– Посмотрите, – торжествующий Деменштейн достал из внутреннего кармана пиджака листок бумаги. – Телефонный звонок от Неверова был из Армении, – радостно потряс он бумагой, – а кто у нас оттуда? Уж точно не Суровцев и не Арсаев. Про Регину даже не говорю. Теперь все совпало. Погосов отправил Неверова к себе на родину, посчитав, что будет лучше, если он спрячет его именно там. Никому и в голову не могло прийти, что нужно искать в Армении. А как он нас обманывал. Раз в год он якобы летает почтить память погибших. Я думаю, что он уже давно готовил эту акцию. Хочет стать миллионером за мой счет. Только он просчитался. Теперь мы все знаем, и у него нет никаких шансов.

– Вы ошибаетесь, – спокойно ответил Дронго. – Он ни при чем.

– Позвольте мне самому делать выводы, – хищно усмехнулся Лев Давидович, – пусть он сам нам все и расскажет. Прямо сейчас. Я прикажу Суровцеву доставить его к нам, и мы все из него вытрясем. А если он откажется, то я думаю, что мне удастся найти другого врача, который вкатит ему такую дозу лекарства, чтобы у него мозги запылали.

Регина внесла поднос с кофе и чаем. Она действительно была незаменимым секретарем. Все быстро расставила и удалилась.

– Мне кажется, что вы допускаете ошибку, – сказал Дронго. – Погосова могли подставить. Если распечатку принес вам Суровцев, то он мог отправить Неверова в Армению, чтобы подозрение пало на его заместителя. Такой продуманный шаг. Или Арсаев. Он ведь бывший сотрудник прокуратуры, тоже мог пойти на такой трюк.

– Никто и ничего не мог, – раздраженно заявил Лев Давидович, – теперь уже все ясно, и я сейчас прикажу его сюда привести. Если это все доводы, с которыми вы ко мне пришли, то извините, но это пока лишь ваши умозаключения. Не подкрепленные ни фактами, ни конкретными событиями. А у меня есть доказательство. И оно лежит на столе в виде этой распечатки наших телефонных разговоров. И теперь меня никто не остановит. Очевидно, Погосов работает и на Френкеля, мне остается только узнать правду.

– Давайте подождем до завтра, – сделал Дронго последнюю попытку уговорить президента компании. Но тот уже чувствовал себя почти победителем. Теперь его почти невозможно было остановить.

– Нет, – твердо возразил Деменштейн, – сейчас мы допросим нашего психиатра-психолога, этого Иудушку, и все сами узнаем.

Он достал телефон.

– До завтрашнего дня, – снова попросил Дронго.