Но в этом расследовании он ведет себя глупо, срывается на непродуманные поступки, нервничает, не знает, как себя вести.

– Его можно понять. Судя по всему, он зафиксировал, что в его окружении происходят какие-то изменения, о которых он не знает. А если ты прав и один из четверки самых близких ему людей знает больше, чем сам Хозяин, или пытается его сдать, то одна такая мысль должна приводить его в бешенство. Никто не любит, когда его предают, а олигархи такие же люди, как и все остальные.

– Ты полагаешь? – усмехнулся Дронго. – Это утверждение от Эдгара Вейдеманиса наводит на размышления. «Олигархи такие же люди», – сказал ты. В том-то все и дело, что не такие. Они другие. Совсем другие. Это отряд хищников, у которых своя экологическая ниша. Они появляются как «санитары общества», чтобы безжалостно отсеивать всех неудачников, аутсайдеров, неприспособленных людей. И давить нормальных людей, своих подчиненных, пользуясь своими деньгами, как когтями и клыками. И драться с конкурентами за свое «место под солнцем». Ладно, не буду философствовать, а то Деменштейн что-нибудь придумает в мое отсутствие. Я поеду в его офис.

– Это становится опасным, – тревожно заметил Эдгар, – будет правильно, если я поеду с тобой.

– Давай, – согласился Дронго, – только учти, что ты будешь ждать меня в своей машине на улице. В здание я войду один. Там мне ничего не угрожает.

Через двадцать минут они уже подъезжали к зданию компании. Двое охранников внизу были предупреждены о появлении гостя. Один из них поднялся вместе с Дронго в кабинет. Когда Дронго вошел в приемную, он обнаружил сидевшую там Регину, которая с очень недовольным видом посмотрела на него. На часах было около одиннадцати вечера.

– Как вы здесь оказались? – спросил Дронго. – Или вы сидите на работе до полуночи?

– Все благодаря вам, – строго ответила Регина. – Двадцать минут назад Лев Давидович позвонил мне из машины и сказал, что едет обратно в офис. Это означает, что я должна бросить все свои дела и мчаться сюда. Хорошо, что в таких случаях за мной присылают машину.

– Он сказал для чего?

– Он не обязан отчитываться. Раз он возвращается, значит, я должна быть здесь. Возможно, он захочет с кем-то поговорить, выпить кофе или уточнить какие-нибудь новости. Я его личный секретарь, и если он на работе, то я обязана быть в приемной. У нас такие правила.

– Я начинаю думать, что вам платят недостаточно много за ваш труд, – сказал Дронго. – Он один?

– По-моему, с кем-то разговаривает. Кажется, ему позвонил Тарханов.

– Черт возьми, я же просил, – Дронго бросился к дверям кабинета.

– Подождите, – закричала Регина, – я обязана доложить!

Дронго буквально ворвался в кабинет. У окна стоял Лев Давидович, который весело беседовал со своим адвокатом.