— Звучит как хорошее предложение, — немного снисходительно, поправляет Новак.

— Прежде чем я раскатаю губу, можно услышать цену?

— И сразу быка за рога.

— Пока на радостях слишком высоко не взлета. Не люблю высоту, а падать с нее — тем более."

"Новак останавливается, какое-то время смотрит на окружающий пейзаж. Уверена, ему на фиг не нужна эта пауза, чтобы озвучить свои хотелки. Это я приехала на встречу в полном неведении, а у Новака все было спланировано, продумано и подготовлено еще до того, как его секретарша набрала мой номер. Как человек, привыкший работать с человеческим ресурсом, он прекрасно умеет манипулировать вот такими паузами. За эти минуты неизвестности я должна напридумывать себе черте что и Семь казней египетских, на фоне которых его предложение будет очень даже сносным.

— Избавьте меня от Наратова, Валерия Дмитриевна.

Я молчу, потому что его предложение — это как раз тот один долбаный процент из ста, когда мне нечего сказать, кроме разве что: «Где на это подписаться?» Но я вовремя говорю себя «стоп». Пока Наратов не озвучит что именно он имеет ввиду под этим предложением — лучше не раскатывать губу. Мало ли, вдруг мне нужно просто вывезти его куда-то на острова на четко обозначенный отрезок времени, а не то, что я за время, пока длится эта пауза, успела себе намечтать.

— В каком смысле? — Я умею изображать «правильное» удивление. Это одна из тех вещей, которые Данте во мне выдрессировал до автоматизма. С ним, правда, это никогда не работало.

— Валерия, у вас такое лицо, как будто я сделал вам в высшей степени непристойное предложение, — улыбается Новак, но взгляд его остается холодным и цепким.

— Именно так это и прозвучало, — не собираюсь подыгрывать его беззаботности. Почему он так себя ведет — понять не трудно. А вот если я начну изображать человека, который такие вещи слышит каждый день за завтраком — это точно его насторожит.

— Вы же каким-то образом раздобыли информацию о том, что наратов играет у меня за спиной. Хотя обычно у меня нюх на такие вещи, но в этот раз чутье меня подвело. Поэтому я больше не хочу рисковать и предпочитаю довериться профессионалу.

— Я просто умею слушать и анализировать.

— Валерия, ради бога. — Новак впервые раздражается, и я делаю мысленную заметку, что в общении с ним нужно немного снизить градус «я умная дура». Или даже переквалифицироваться в «умную с придурью». — Талант это или связи, или деньги — называйте как угодно. Если хотите — меня в принципе не очень интересуют ваши источники. Главное — результат. Я не хочу в один не самый приятный день узнать, что благодаря стараниям Наратова, от моей репутации не осталось ничего.

Я молчу, потому что сказать на этот «душещипательный монолог» мне нечего.