Только благодаря этому я выкарабкалась.

Три предложения. Всего три чертовых предложения, но из них можно выжать целый океан отборного ядовитого сарказма. Заслуженно, блять.

Я молча передвигаю на ее край стола все свои столовые приборы.

Это нагляднее, чем сто раз повторить, как я сожалению о том, что родился такой скотиной.

Валерия слегка прищуривается. Потом вопросительно поднимает бровь.

— Тебе от меня что-то нужно.

— Это вопрос или утверждение?

— Я не вернусь к тебе, Шутов.

— Я предлагаю тебе должность генерального директора.

— Ты больной?

— Ну, температура еще будто держится, — прикладываю ладонь ко лбу, — но это никак не влияет на мои умственные способности, если ты об этом.

Валерия порывается встать и уйти, но я удерживаю ее за руку.

— Пожалуйста, Лори. Просто выслушай меня.

— В прошлый раз, когда ты просил тебя выслушать, я неделю отмывалась от дерьма, которое лилось из твоего рта!

— Ты же знаешь, что я был не адекватен! Может, хватить меня распекать за то, о чем я на хуй даже не помню?!

Она так крепко сжимает челюсти, что на идеально очерченных скулах проступают желваки.

Раньше, когда она злилась, их точно не было, но теперь похудела настолько, что лицо приобрело аристократическую утонченность. При том, что моя русалка не выглядит как анорексичка или худющая палка, которую можно перешибить одним ударом. Она, блин, реально круто выглядит — мускулистая, подтянутая, такая вся… суперсочная.

«Во поэтому от нее нужно избавиться», — напоминаю хору своих похотливых мыслей.

— Лори, прошу тебя. — Стараюсь, чтобы мой голос звучал миролюбиво, потому что должен уговорить ее вернуться за стол.

 — Ты ведь даже не дала мне объяснить.

— Думаешь, меня можно купить?

— Нет, и речь совсем не о деньгах. Но я не хочу разговаривать так, чтобы нас слышал каждый долбаный фикус в этом кафе.

Она вздыхает, взглядом дает понять, что моя ладонь, весящая клешней на ее запястья, точно не поможет делу и я тут же ее отпускаю. Валерия вздыхает, крутит головой, как будто ведет внутреннюю борьбу со своими личными присяжными — подозреваю, они уже проголосовали «против» полным составом. Но все-таки возвращается за стол.

Я беззвучно с облегчением выдыхаю.

Протягиваю ей все подготовленные заранее документы, в которые уже вписано ее имя.

Валерия бегло их пересматривает.

— Ты хочешь, чтобы я все бросила и переехала в другой город? — Она произносит это таким тоном, будто сама мысль о подобном — квинтэссенция наглости.

Молча киваю.

— Шутов, я… даже не знаю, что сказать, потому что ты учил меня не вести разговоров с сумасшедшими. А то, что предлагаешь ты — чистой воды безумие.

— Я предпочитаю называть это «новыми возможностями».