Сейчас даже странно, как я могла слепо доверять Марине столько секретов, хотя она была совсем не из моего круга и даже ни разу не была на моих Днях рождения. Мы не были классическими лучшими подругами, не устраивали пижамные вечеринки, и тот единственный раз, когда она осталась у меня с ночевкой очень не понравится ее матери. Она считала, что красивая богатая жизнь плохо повлияет на ее дочь, и она начнет задумываться, что хочет такого же для себя. Даже звонок моей мамы и ее личная просьба разрешить Марине проводить выходные у нас за городом, ничего не изменили. А как я узнала позже — стало только хуже.

С другой стороны — может, я делилась с Мариной самым сокровенным как раз потому, что она была из другого мира?

— Может, увидимся в какой-то спокойной обстановке? — неожиданно предлагает она и я выныриваю из океана памяти ровно в ту секунду, когда начинаю непозволительно глубоко погружаться. — Обещаю ничего не задавать никаких вопросов. Ну знаешь, как в старые времена.

— Не то, чтобы я хотела их вспоминать, — отвечаю машинально.

— Прости, — Марина снова поправляет волосы, хотя ее прическа совершенно точно в этом не нуждается. — Как-то невпопад все. Но я так рада тебя видеть. Как будто… все снова налаживается.

— Ты и так в порядке, — приходит моя очередь оценивать ее внешний вид.

— Лера, не мне тебе рассказывать, что модный фасад — не равно порядок в жизни.

А вот эта слегка ироничная интонация с нотками горечи — что-то новенькое. Но хорошо мне знакомое, потому что я сама частенько ею злоупотребляю.

— Подумала, нам просто будет о чем поговорить, — уже явно сдавшись, говорит она. — Была рада тебя увидеть, Лера. Действительно рад. Я не хотела верить, что с тобой могло случиться такое несчастье, до последнего не соглашалась с правдой. Думала, что в один прекрасный день ты вернешься все назло, и… в общем…

Марине не нужно продолжать, чтобы я поняла, что она имеет ввиду.

Мне самой тоже очень хотелось «однажды» триумфально воскреснуть, наказать всех, кто причастен к смерти моих родителей, поставить на колени тех, кто отвернулся, когда я умоляла помочь отцу, оставить без гроша тех, кто не дал мне ни копейки, когда я просила дать немного хотя бы на еду. К счастью, Данте быстро сбил позолоту с фантазий о детском возмездии. Он вообще любил цитировать «Графа Монте-Кристо», и когда у меня случались редкие попытки насолить своим врагам, хладнокровно напоминал, что графу понадобилось несколько десятков лет, чтобы спланировать безупречную месть. Собственно, именно поэтому она и стала безупречной.

— В любом случае, была искренне рада увидеть тебя живой, здоровой и цветущей. — Марина безучастно и вежливо улыбается.