У нее темно-русые длинные волосы, свободно лежащие на спине без намека на укладку, но и это тоже — напускная легкость, за которой скрыта кропотливая работа по продуманному до мелочей образу.

Темные глаза, длинные натуральные ресницы, немного филлера в нижней губе, чтобы скорректировать асимметрию. Даже в наше время продвинутых бьюти-хаков, редко кому удается превратить что-то невзрачное — в притягивающее взгляд. Справедливости ради зачастую из-за того, что женщины просто не умеют вовремя нажать на тормоза — сюда немного филлера, сюда каплю ботокса, тут убрать горбинку на носу, здесь — комки Биша. Ну а косметологи охотно потакают всем прихотям, потому что это их хлеб.

Девушка напротив, девушка из моего прошлого, сумела остановиться вовремя.

Что не отменяет ее нежелательного всплытия на горизонте моей новой жизни.

— Привет, Марина, — спокойно и даже холодно здороваюсь я.

Когда тебя прижали к стенке — нет смысла отнекиваться. Этим я только выставлю себя полной дурой и спровоцирую новую волну закономерных вопросов.

— Лерка… — Она скользит по мне восхищенным взглядом и снова утыкается в лицо. — Глазам не верю. Ущипните меня.

— Могу сказать тоже самое, — вежливо возвращаю комплимент, хотя прекрасно знаю, что она имеет ввиду совсем другое. Например, что мое тело неплохо сохранилось с оглядкой на то, что уже шесть лет как лежит в могиле. — Решила, наконец, избавиться от очков?

— А ты от… — Она снова окидывает меня ошарашенным взглядом и вдруг неожиданно заливисто смеется. — Лерка, клянусь, если примета не врет — на тебя должен свалится миллиард вот прям сейчас! Хотя, кажется…

Марина обрывает себя на полуслове и замолкает, нервно сглатывая. Но ее неприлично громкая радость уже привлекла внимание окружающих, и парочка слева, и «разведенные женатики» с любопытством поворачиваются в нашу сторону. Я становлюсь так, чтобы мое лицо было в тени и немного наклоняю голову, превращая волосы в некое подобие «штор», за которыми можно сохранить хоть какое-то инкогнито. Хотя все это, как сказала бы одна мудрая старая женщина — мертвому припарки.

Черт, да откуда она вообще взялась на мою голову?!

За секунду перебираю в голове несколько вариантов побега без последствий, но останавливаюсь, когда чувствую прикосновение к своему локтю. Марина смотрит на меня в упор, еле заметно улыбается и моргает. Это не просто дружеский жест.

— Я все понимаю, Лера, — говорит уже намного тише, хотя по большому счету сейчас ее попытки не привлекать внимания уже не имеют значения.