А вдруг платье не понравится Этьену и он посчитает, что оно вульгарно?

Анна сердито потрясла головой, прогоняя эти фантазии. Скорее всего, он просто не заметит, что она выглядит по-другому. Все ее беспокойства — на пустом месте.

«Ему не понравится — ну и пусть! Главное, что оно нравится мне», — решила Анна.

Это твердое решение поддерживало ее до самых дверей гостиной. Для того чтобы войти внутрь, ей понадобилась невероятная сила воли.

— Извини, я опоздала.

Подбородок Анны невольно приподнялся, как бы заранее отметая всякую критику. Ее радовало то, что сандалии из ремешков полнили ее ноги.

Этьен перевел взгляд от бумаг, которые пролистывал, на наручные часы.

— Еще пять минут… — Он поднял глаза и не смог больше произнести ни слова. Взгляд Этьена скользнул по Анне с головы до ног. Наконец он произнес: — Ты подстриглась.

— Минутный порыв, — нервно ответила Анна. Он заметил перемену, но по выражению его лица нельзя было сказать, одобрил ли он ее.

— Это Алиса помогла тебе выбрать такое? — Этьен указал глазами на красное платье.

— Нет.

— Оно и видно.

Непонятные фразы порой звучат очень обидно, думала Анна, глядя в широкую спину Этьена, шедшего впереди нее, чтобы открыть дверь.

Ричард и Мэгги Хилтон, супружеская пара одного возраста с Этьеном, были из числа его ближайших друзей. Самый первый обед, где Анну представили как миссис Кемп, организовали для них. Анна тогда хотела, чтобы все прошло самым лучшим образом; она суетилась и волновалась по поводу разных мелочей целую неделю перед этим обедом.

Она отчаянно беспокоилась о том, чтобы все делать и говорить правильно, но в результате едва ли сказала хоть слово.

Оба супруга были адвокатами, и разговор принял профессиональный характер. Анна предпочла бы забавную и остроумную беседу, но она не думала, что их интересовали смешные случаи из ее жизни. Если бы гости или Этьен попытались вовлечь ее в разговор, то это выглядело бы как неловкое принуждение.

Хилтоны ушли в тот момент, когда она поправляла постель проснувшемуся Тому. Ричард уже сидел в машине, но Мэгги все еще разговаривала с Этьеном в холле в тот момент, когда Анна неслышно спустилась по лестнице.

— Этьен, это такое серьезное решение.

— Мэгги, я знаю, что делаю.

— Ты уверен? Дети не вечно будут маленькими, они пойдут в школу. Помнится, тебе было плохо в интернате, но со временем ты изменил свое мнение. Что бы ни говорили, именно школа формирует личность.

Глядя вниз из неосвещенной ниши, Анна видела спину Этьена. Мэгги стояла прямо под люстрой. На ее лице, обращенном к Этьену, было хорошо различимо выражение сочувствия.

— Она очень мила, но когда я думаю о Кэтрин… — Мэгги печально покачала головой.