Кузен из Германии, Юнгер Дривс, общался с Абелем, с его адвокатом Донованом. Он руководил переговорами, которые проходили в основном на территории Германии. Дроздов в совершенстве владел немецким языком, так что его участие в деле Абеля было запрограммировано изначально.

И вот благодаря совместным усилиям 10 февраля 1962 года на мосту Глинике произошел обмен. С американской стороны шел Рудольф Абель – несгибаемый разведчик, который так и не назвал тюремщикам своего настоящего имени. С советской стороны шел летчик Гэри Пауэрс, сбитый под Свердловском во время разведывательного полета. Одного Пауэрса за такого маститого шпиона американцам показалось мало, поэтому они потребовали вернуть помимо Пауэрса двоих осужденных за шпионаж: американского студента Фредерика Прайора и Марвина Макинена, арестованного во время путешествия по Советскому Союзу. Троих против одного? Что ж, советское правительство посчитало, что разведчик Абель того стоит.

Службы Центрального разведывательного управления вели поиски пропавшего Рейно Хейханена, или Сола Олистера, как они его называли, в течение трех лет. В конце февраля 1964 года газета «Нью-Йорк Джорнал Америка» опубликовала некролог, где говорилось, что Сол Олистер погиб в автокатастрофе на Пенсильванском шоссе. К тому времени шериф Келлерман давно потерял интерес к судьбе выпивохи-Сола, его женщина Эва переехала в другой штат, прекратив поиски и ожидание, поэтому выяснять, что на самом деле произошло на Пенсильванском шоссе, оказалось некому. Никого не беспокоило, что в сводках происшествий об автокатастрофе на Пенсильванском шоссе не упоминалось и следов аварии на шоссе тоже не существовало. Что произошло с Рейно Хейханеном, американские власти так и не узнали, и, скорее всего, не узнают никогда. Опубликовав некролог, они тем самым подвели черту под историей легендарного разведчика и чудовищного предателя.

А группа «Дон» в обновленном составе начала подготовку к очередному заданию. Впереди их ждали новые дела, новые люди, новые звания…"