– Такая неуклюжая и милая, как арбузик на ножках…

Кажется я перестарался, сам себя довёл до безумия, одними мечтами сорвало крышу, все намерения доставить нам обоим как можно больше кайфа, полетели к чертям. Рыча, я вбивался в женское податливое тело всё быстрее, всё жёстче, пока мир не взорвался на тысячи осколковы, миллион сладких капель удовольствия, рассыпался песком наслаждения. А я всё ещё врезался в лоно, горячо изливаясь в свою женщину.

Да, я решил, что не отпущу Еву. Не отдам никому. Да что там! Давно это решил, ещё в тот миг, когда она удирала, а я бросился за ней… и сейчас, как тогда, прорычал:

– Моя! – едва дыша, упал рядом с подрагивающей колючкой и прошептал: – Никакой свадьбы, поняла? Ты моя.

И ребёнок мой. Я поговорю с Комаром… То есть с твоим отцом, когда…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

И прикусил язык. Блядство. Едва не проговорился. Виновато покосился на Еву. Не хочу лгать ей, но и сказать правду не могу. Ей нельзя волноваться.

Посмотрел в огромные, ещё затуманенные страстью, синие глаза, и тут меня будто ледяной водой окатило при мысли, что она же… Джонси! Звезда, которой на хрен не нужен ни муж, ни ребёнок.

Сама мне об этом сказала, а я не понял, не придал значения её словам. Она же петь хотела, а тут я с испорченными презервативами.

Так хотелось верить, что она желает того же, что и я, что рада малышу… и мне. Но не мог. Я видел Еву на сцене, понимал, что там дерзкая бабочка по-настоящему счастлива. Да, мне не нравится такая музыка, но для Джонси – это жизнь. Моя бабочка заряжается когда поёт, раскрывает крылья и устремляется в небеса.

Туда, где я её никогда не догоню.

– Мне нужно знать, – вырисовывая кончиком пальцев круги на её щеке, спросил я. Голос мой зазвучал металлом, меня выворачивало даже от одного предположения, но это её тело, и её жизнь. Я не имел права присваивать всё это без согласия. Процедил то, чего никогда бы предпочёл не произносить: – Что ты решишь. С ребёнком.

Глава 26. Ева

Он что, опять? Пока трахает, нужна, а потом спрашивает, что с ребенком? Он совсем идиот?

Я отпихнулась и выползла из-под тяжелого мужчины. Да, страстного, да, отца моего будущего ребенка.

Но не моего мужчины, потому что я для него – всего лишь объект. Так? Или, что он имел в виду, озвучив такой дебильный вопрос? Свадьбы не бу-у-удет, Прэскоту я не доста-а-анусь. Вранье! Хотелось перекривить его и вмазать с локтя, но я спокойно встала и, качая бедрами, пошла в душ. Смывать с себя грязь этих липких отношений. Никогда больше не позволю ему к себе прикоснуться, ублюдок хренов…

Все они видят во мне только дырку, пользуются, ведь я больше ни на что не гожусь.