Аллея высоких сосен, дом на холме, за домом апельсиновый сад… Ренцо вырос здесь, но доведется ли увидеть снова? Все это останется его сыну — уже не так уж плохо. Плохо то, что с самого возвращения Кико избегает его. Обида? Ревность? Но, может быть, и к лучшему… Все слишком сложно, чтобы найти однозначный ответ.

Все слишком неправильно.

Лене стояла на ступенях одна, слегка притихшая, старательно пытающаяся изобразить светскую улыбку и радушие."

"Ренцо спрыгнул с лошади, подошел. Охрану он оставил чуть в стороне, не хотел приходить к детям в окружении охраны. Если он не вернется вовремя, охрана придет сюда.

Возможно, это глупо и он рискует, но… не хотел все равно. Дом — это не то место. Даже такой дом.

Он готов рискнуть. Сейчас — готов.

— Заходи, — сказала Лене, приглашая в дом.

— Я привез все документы. Ты подпишешь?

— Да, я все подпишу, — покорно согласилась она.

В его кабинет. Ренцо хотел забрать еще кое-какие вещи. «Забирай все, что хочешь», — щедро разрешила Лене. Это немного настораживало. И все же…

Он достал документы из сейфа — здесь ничего действительно важного, но пусть лучше будет у него. Личные вещи, то, что он привез из Джийнара, но так и не успел отсюда забрать.

И еще старое, по мелочи. И маленькая фотография, что делал фотограф Гильдии — они стоят с Лене, и маленький Кико у Ренцо на руках. Пусть с Лене, но других фотографий сына у него нет.

— А где дети? — спросил он.

Все же, хотелось попрощаться.

— В саду, — Лене кивнула в сторону окна.

Ренцо подошел, выглянул…

Они собирали апельсины. Даже не столько собирали, просо играли в саду. Трое. Высоченный дракон Доменико, у которого Кико сидел на плечах, чтобы доставать даже с самых высоких веток, а если не мог достать, то вставал на плечи, дракон крепко держал его.

Маленькая Виола бегала за ними с корзинкой, Кико кидал ей апельсины, она ловила. Веселый смех слышно даже отсюда.

Возможно, все к лучшему.

— Ты любишь его? — спросил Ренцо.

Прямо ощутил, как Лене вздрогнула. Долго молчала, обдумывая ответ.

— Да, — сказала она, наконец. — Я его люблю. Мне хорошо с ним, и детям хорошо, — она начала почти с вызовом, почти со злостью, но потом неожиданно в голосе скользнуло тепло. — Мы с Нико поженимся, когда все это закончится, когда будет можно.

И скажем Виоле, что он ее отец, она еще не знает. Он очень ждет этого… И я жду. Ты не поймешь… Да, у Нико нет ничего за душой, кроме долгов. Да, из него не вышло настоящего воина, у него не вышло с торговлей, хотя он пытался заняться. Не вышло с государственной службой. Он зарабатывает на жизнь тем, что пишет статьи в газеты и иногда речи для чужих выступлений. Но он любящий отец и очень внимательный заботливый муж. Не важно, что он не муж мне, но все эти годы он всегда был рядом со мной… Он всегда был рядом.