Чем ближе к главной площади Мангерна, где находились Храмы Эгвена и Улинии, тем больше встречалось народу, а уж сама площадь совершенно неожиданно для меня оказалась довольно плотно занята любопытствующими, сочувствующими и мазохистками, пришедшими полюбоваться на мой триумф. Несмотря на то, что утром аж потряхивало от волнения, сейчас я была спокойна, как удав. Первыми вышли Морвейны, подали мне руки, и я осторожно спустилась, постаравшись не наступить на подол. До высоких и широких, всегда распахнутых ворот Храма мы шли под прицелом сотен взглядов, под шепотки и громкие поздравления. Готова спорить на что угодно, дамы обсуждали мой наряд и драгоценности, а заодно и моих женихов. Мужчины… они тоже смотрели на меня. А я улыбалась, приближаясь к величественному зданию из белоснежного мрамора, покрытого искусной резьбой. В стрельчатых окнах витражи, представляю, как красиво внутри. Купол круглый, покрытый темно-голубой краской, символизирующей небо. Удивительно, но за все время, что живу в Мангерне, сюда зайти пока еще не довелось, все дела мешали."

"Мы вступили под прохладные своды, и здесь народу уже гораздо меньше — только те, кто получил приглашения. Для них поставили деревянные скамейки с мягкими сидениями, и в этом Храм внутри напоминал чем-то католические храмы моего бывшего мира. По словам Морвейнов, сама церемония не слишком длинная, главное произойдет перед алтарем Эгвена, где я надену кольца Эрсанну и Лоресу. Они мне — в Храме Улинии. Интересно, какие сделали мои лорды, и сколько их? Ну, три так точно. Только как Морвейны надевать мне мое кольцо будут? Двое одно, сразу?.. Углубившись в обдумывание этого важного момента, не заметила, как дошли до алтаря, перед которым нас ждал жрец в парадных белых с золотом одеждах. Гости, едва мы появились в начале длинной дорожки, моментально перестали перешептываться — акустика в Храме была будь здоров, малейший шорох отражался от круглых стен и усиливался под круглым куполом, расписанным сценами из жизни бога. У стен виднелись несколько алтарей поменьше в честь наиболее известных детей Эгвена.

Над главным алтарем возвышалась статуя главы арнедилийского пантеона, высокого симпатичного мужчины с мягкой улыбкой. Черты лица без возраста казались чуть-чуть неправильными, и внешность Эгвена не выглядела идеальной, что только прибавляло ему обаяния. Одежда — свободная рубаха и штаны, резец неизвестного мастера, скорее всего мага, очень точно изобразил все детали, и создавалось впечатление, что статуя вот-вот оживет и спустится с пьедестала. У ног Эгвена стояла обычная плетеная корзина, в нее складывали подношения прихожане, как сказали мне Морвейны. Если подношение исчезало, значит, просьба услышана, если оставалось — бог не счел нужным выполнить.