Задыхаюсь от захлестнувших ощущений, вызванных знакомым запахом и тяжестью мужского тела. Они будоражат, разгоняя по телу дрожь, легкую как пузырьки шампанского.

Я дико, просто дико соскучилась по Давиду. Он просовывает между нами руки гладит живот.

— Как вы? Я думал, вы спите.

— Все хорошо, любимый, — кладу на его руки свои, и мы торопливо, жадно целуемся.

Руки мужа поглаживают живот, а затем ползут ниже и скользят между мокрыми складками. Я выгибаюсь и стону, а в его глазах появляется знакомый блеск.

— Как там наши бабочки? — шепчет Давид на ушко, всовывая в меня сразу два пальца. — Порхают?

— Откуда ты знаешь про бабочек? — тянусь к нему и облизываю загорелую шею.

— Ты проговорилась в самую первую встречу.

— Я не помню, — говорю разочарованно.

— А что ты помнишь? — шепчет мне в губы муж, прикусывая сначала верхнюю, потом нижнюю губу.

Я краснею, потому что больше вспоминается, что Давид тогда делал, а не говорил. И хоть в полумраке ему не видно моего румянца, он безошибочно разгадывает причину моего молчания.

— Правильно, сердце мое, мы потом будем разговаривать. А сегодня я наговорился, больше не хочу. Хочу тебя любить...

Он берет меня под колени, раздвигает шире и входит до упора на всю длину.

Вскрикиваю, но не от боли, а от неожиданности. Давид упирается мне в лоб, вдавливаясь в меня членом, и я медленно двигаю бедрами по кругу.

Ощущения просто фантастические. Как я могла подумать, что все мужчины в постели одинаковые? Кто может сравниться с Давидом?

Внезапно он выходит и снова вбивается до упора, так что его волоски на животе щекочут кожу. Еще выходит, и еще вбивается.

Я громко стону от наслаждения, откинувшись на простыни. Шелковые, как тогда.

Давид сильнее разводит мои ноги, приподнимает выше и жадно меня разглядывает, вдавившись бедрами так, что мы скоро начнем срастаться.

— Марта, — хрипло говорит он, — какая же ты красивая. Поверить не могу, что моя...

Его лоб в мелких бисеринках пота. Я вытираю его ладонями, и вдруг меня пронзает мысль, от которой я даже вскрикиваю.

— Тебе больно? — вскидывается Давид.

— Нет. Давид, скажи, — обхватываю его лицо и пристально вглядываюсь, — это точно был ты? Ты меня не обманываешь?

— Почему ты мне не веришь, Марта? — муж порывается меня поцеловать, но я держу его на расстоянии.

— Ты столько дурил мне голову, что я ничему не удивлюсь, — отползаю с подозрением, но Давид возвращает меня обратно на член.

— Иди сюда. Я так хотел трахнуть тебя сзади, мне это даже снилось.

Он резко выходит, сдавливая член возле паха. Разворачивает меня, подтягивает за бедра и вставляет его в меня, упираясь одной рукой о спинку кровати, а второй придерживая меня за волосы.

От ошеломительных ощущений я громко стону и прогибаюсь в спине.