Дорого бы я дала за то, чтобы знать столько же, сколько удалось узнать ему за этот долгий срок! Полноте, да способен ли человеческий разум вместить это?

– То, что в ваших книгах именуется «междоусобицами с активным участием магов», как вы изволили выразиться, – продолжал Гарреш, – на самом деле было именно войной магов. Мы всегда поражались, как активно вы, люди, осваиваете магию, как ищете новые пути… Некоторые даже высказывали мнение, что следует вас немного… попридержать. Но таких было меньшинство, а остальным было просто любопытно узнать, что будет дальше.

– Судя по всему, они узнали… – пробормотала я.

– Совершенно верно, Флоссия, – кивнул Гарреш. – Мы увидели человеческих магов во всей красе. Теперь уже никто не помнит, с чего все началось, вполне вероятно, что именно с какой-то междоусобицы. Один маг задел другого… а вскоре уже никто и не задумывался, кто прав, а кто виноват.

Признаюсь, я смотрела на Гарреша не без зависти. Возможно, где-то в архивах Коллегии и сохранились достоверные сведения о происходившем в те времена, но в общедоступных источниках о периоде Войны рассказывалось очень сухо и кратко, безо всяких подробностей, словно и не было тех нескольких смутных лет.

И вот передо мной сидит живой очевидец этих событий, который – вот жалость! – по молодости лет мало что помнит и пересказывает в основном то, о чем слышал от других. Но мне и этого было достаточно!

– И… как это было? – спросила я.

– Это было чудовищно, – коротко ответил Гарреш. – Мы с вами уже как-то говорили о том, Флоссия, что нынешние человеческие маги – жалкое подобие своих предков."

"– Да, вы намекнули вполне прозрачно, – хмыкнула я.

Размах предков впечатлял. Если Гарреш не обманывает меня – а зачем бы ему это? – то древние боевые маги были способны на импульсы, которые могли разом стереть с лица земли целый город. Теперешние тоже могут разрушить город, только времени им на это потребуется не в пример больше. Тогда вопрос – куда же подевались те, могущественные маги? Почему их способности не передались по наследству? Ответ был только один…

– Правильно ли я понимаю, что эти маги просто уничтожили друг друга? – спросила я.

– Совершенно верно, – кивнул Гарреш.

 – И друг друга, и огромное количество совершенно непричастных людей. Но, должен вам сказать, Флоссия, к делу уничтожения наиболее опасных магов приложила руку Коллегия.

– Разве Коллегия была создана не после войны? – нахмурилась я.

С детства мне вкладывалось в голову, что Коллегия с момента своего создания занималась нелегким делом поиска и воссоздания утраченных за годы войны знаний, воспитанием новых магов взамен погибших в войнах, созданием правил, по которым ныне живут и действуют все маги.