Не знаю уж, как Никки умаслил моего безумного отца, но он дал согласие на брак. Вскоре мы сыграли свадьбу, а после Никки увез меня в Петербург.

Все еще улыбаясь, Софи убрала платочком выступившие слезы. Извиняясь, поглядела на растерянную Лизу и развела руками:

– Всякое после бывало меж нами… И хорошее, и – не буду скрывать – плохое. И все же я любила Никки безумно. До самой его смерти. Да и после… Уж семнадцать лет, Лизонька, как моего дорогого Никки нет – а я о втором замужестве не думала ни разу. Хотя предложения были, вы уж поверьте. Да не одно и не два, и весьма-весьма заманчивые.

После беседу пришлось прервать: пришла юная горничная, принесла завтрак и кофе. Лизе даже показалось, что на этот раз Софи с девочкой ведет себя чуть ласковее. Да и в целом – невероятно, но будущая свекровь опять ее удивила. Лиза не подозревала, что она может быть такой. Редко увидишь, чтобы мать любила умершего мужа больше, чем живого сына.

Только когда горничная вышла, а Софи отпила свой кофе – сморщилась и отпустила очередной упрек в сторону девочки, Лиза решилась на расспросы дальше.

– Так что же, Софи, вы никогда более не бывали в Екатеринбурге до последних событий?

Та пожала плечами, вспоминая:"

"– Если только в первые годы брака, пока с моим отцом еще можно было иметь дело. Да и Алекс, знаете ли, рос болезненным и капризным. Чуть я отойду на шаг – в слезы! Никакого сладу с ним не было! Он этого не помнит и не ценит, но, пока он был мал, я совершенно никуда не выезжала. Сидела в четырех стенах с младенцем, как крепостная рабыня, ей-богу! Однако на свадьбе ваших родителей, Лизонька, мне все же побывать посчастливилось.

Софи многообещающе улыбнулась, видя проснувшийся у Лизы интерес.

– Расскажите мне о матери, Софья Аркадьевна, – попросила Лиза. – Какой она была?

– Какой она была… – со вздохом повторила Софи. – Вы очень похожи на нее, Лизонька. Не лицом, но характером. Аннет смелая была и решительная до крайности. Что задумает – обязательно исполнит, и никто ей не помеха! Я слышала… – Софи смутилась, – будто Аннет Льву Александровичу самолично предлагала сбежать и втайне обвенчаться, ежели их отцы будут против свадьбы.

Лиза растерянно хлопнула ресницами: не могла не провести параллель с тем фактом, что она тоже сама сделала предложение Алексу. И осознав это, почувствовала, как ее щеки густо заливаются краской. Оттого разволновалась еще больше и заговорила торопливо и сбивчиво:

– А что же – отцы могли быть против свадьбы? Я вовсе того не знала! Отчего же?

Софи попыталась объяснить:

– Поймите правильно, Лизонька… Савины – родня вашей матушки – купцы богатые: вином торгуют, дома гостиничные и доходные содержат, несколько питейных заведений у них… Словом, приданое за дочерьми давали хорошее. Однако нюансы были.