Я никогда не был ласковым ребенком, которого интересовали объятия и поцелуи. Я рад, что у нее наконец-то появился шанс стать любящей, заботливой мамой для двух девочек, которые жаждут ее тепла так, как я никогда не жаждал.

Мой взгляд перемещается на пару, наполовину скрытую мраморной колонной в прихожей, пока они настойчиво бормочут что-то друг другу. Похоже, Элмо пытается умаслить сестру Тициано. Господи, она почти вдвое старше его и легко прожует его и выплюнет, несомненно, разбив ему сердце.

По какой-то совершенно необъяснимой причине я связан со своим сводным братом. Может быть, потому, что он единственный по-настоящему добрый человек, которого я знаю, помимо моей матери. В мальчике нет ни единой злой косточки, несмотря на то что он родился в мире мафии и постоянно окружен змеями. Он — все то, чем я никогда не буду. Добрый. Вдумчивый, особенно в отношении окружающих его людей. И бескорыстный до предела.

В глубине души я всегда задавался вопросом, каково это — иметь брата. В детстве я жаждал иметь своего доверенного человека, с которым я мог бы поделиться своими переживаниями. Какое давление я испытывал, чтобы соответствовать ожиданиям отца. Каждый раз проявлялся привкус кислоты во рту, когда мне приходилось калечить или убивать человека. И чувство пустоты, которое в конце концов наступало, когда этот кислый привкус притуплялся.

Очень скоро этот горький ожог перестал саднить в горле. Я привык к нему. Работа стала похожа на любую другую. Но время от времени в голову закрадывались шальные мысли. Ощущение неправильности того, что я забираю жизни, не испытывая при этом ни малейшего беспокойства. С другой стороны, я понял, что перестал чувствовать напряжение, которое испытывал. И это осознание еще больше раздробило меня.

Я никогда не смог бы признаться в этих опасениях отцу, не показавшись слабаком. А о том, чтобы рассказать об этом матери, не могло быть и речи. Она до сих пор питает иллюзии, что ее сын — хороший человек. Но брат? Да, я мог бы довериться брату. И Элмо — самый близкий мне человек.

Возможно, именно поэтому я чувствую странное желание защитить Элмо от тех, кто использует его в своих корыстных целях. Он мечтает о колледже и нормальной жизни. И я сделаю все возможное, чтобы это случилось."

"Среди празднеств где-то у входной двери раздаются громкие голоса. Мой взгляд устремляется на вход, где двое, очевидно, пьяных мужчин спорят. Господи. Я оглядываю комнату, пытаясь заметить одного из наших охранников, чтобы вышвырнуть идиотов, когда начинают летать кулаки. Один толкает другого, крича в лицо своему противнику, и лезет ему под куртку.

Я тут же направляюсь к ним и краем глаза вижу, как Элмо делает то же самое.

— Элмо! — кричу я.