Мои трусики уже полностью промокли, но я чувствую, как еще больше влаги скапливается между бедер.

Следующие звуки — это звук разрываемой посередине моей ночной рубашки, за которым следует звон крошечных пуговиц, когда они сталкиваются с любой поверхностью, преграждающей им путь, после того как они отлетают. Прохладный воздух обдувает мою перегретую кожу, когда тонкий шелк развевается вокруг меня, словно раненые крылья, прежде чем опуститься и приземлиться у его ног. В эту долю секунды я оживаю, взлетаю высоко в облака, как будто с моей спины сняли огромный груз.

Свободна. Я чувствую себя свободным.

— Идеальна, — сдавленным голосом произносит Массимо. Его пальцы скользят вверх по моим рукам. Медленно. Намеренно. По моим плечам и вниз по ложбинке между грудями. Затем его ладони скользят по моим бедрам к спине.

Стремительным движением он прижимает меня к своей груди, и его руки обхватывают меня. Он держит меня в плену в своих медвежьих объятиях так крепко, что я почти не могу сделать вдох. Его лицо утопает в изгибе моей шеи, и он вдыхает. Долгий, глубокий вдох.

— Не могу жить без тебя, Захара.

Ты — воздух в моих легких, — бормочет он мне в кожу. — Ты нужна мне.

Мои руки дрожат, когда я обхватываю ими его широкую спину, а его слова звучат в моей голове, как кристалл. Я чувствую легкое головокружение, когда его губы снова находят мои. Клеймят. Требуют. Поглощают.

Я наклоняю голову так, чтобы мой рот оказался прямо возле его уха.

— Займись со мной любовью, — мурлычу я.

Ножки стола царапают пол, когда Массимо отталкивается и хватает меня под зад. Разворачивая нас, он несет меня через комнату. Я сцепляю свои лодыжки за его спиной и покусываю его губы, пока он в моей власти, чувствуя, как его твердый как камень член касается моей киски, когда он идет.

Пружины скрипят, когда он забирается на матрас, все еще крепко прижимая меня к своей груди.

— Я буду нежен, — шепчет он, укладывая меня на кровать и зацепляя пальцами пояс моих трусиков. Медленно он стягивает их с моих ног. — Обещаю.

Глаза, темные, как бездонная пропасть, не отрывают от моих глаз, когда он опускается на меня, опираясь на локоть. Его вторая рука возвращается к моей киске, его пальцы возобновляют те порочные вещи, которые он делает.

Поглаживают. Пощипывают. Затем успокаивают.

Когда я наконец чувствую кончик его члена у своего входа, я наполовину сгораю от желания, чтобы он вошел в меня. Я ждала этого так чертовски долго. Я хочу его. Я хочу всего. Прямо сейчас! Но он снова замирает, и его глаза ищут что-то в моих.

— Массимо?

— У меня нет презерватива.

— Я принимаю таблетки, — задыхаюсь я. — Пожалуйста, Массимо, поторопись.

Но он не делает этого. Осторожно, сантиметр за сантиметром он входит в меня.