Мужчина лежал огромный, голый и потный, мне было стыдно на него смотреть. Но я смотрела… долго. Он выглядел таким спокойным, будто и не произошло ничего. А потом я отвела взгляд. Внутри пустота…

Казалось, тело должно онеметь от такого долгого пребывания в этой бесстыдной позе… но я не чувствовала ни боли, не онемения, только слабость в ногах. Между ног ныло, но не болело… он сделал все технично, как всегда… по правилам, чтобы не сломать «функциональную вещь». Даже здесь чувствовалась его армейская практичность.

Я не смогла поняться с дивана — не держали ноги, поэтому сидела и ждала, пока утихнет слабость.

В бедрах ощущалась дрожь… а в душе не ощущалось ничего. Я будто пребывала в вакууме от того, что сейчас произошло. От того, что со мной сделали… От того, как долго это происходило… Я подозревала, что на меня нахлынет какая-то волна, когда я начну отходить от случившегося, но я не знала, какая именно. В любом случае, я постаралась подняться и уйти до того, как она меня накроет… а главное до того, как Курт проснется. Я не смогу смотреть ему в глаза. Только не сейчас. И даже не завтра. Должно пройти какое-то время.

Но я это сделала, я должна была. Он меня захотел. Настолько сильно, что я совсем не ожидала… Разве может быть… так?

Словно во сне, я встала с дивана, словно во сне подошла к вешалке и надела на себя плащ."

"Словно во сне вышла из его дома. На улицу уже спустились сумерки, и солнце зашло за горизонт. Когда я пришла к нему, оно ещё даже не начало краснеть. Сколько же времени я провела у него? Сколько времени он меня… ох, не думай, Анна. Не нужно. Пока в твоей душе пустота, отложи все размышления на потом. Может быть, ты чувствуешь лучшее, что тебе осталось чувствовать, а потом будет гораздо хуже.

Шок… да, я знала, что у меня шок.

Пока я шла, чувствовала, как по моим бёдрам течет его семя. Оно вытекало из меня, я ощущала это ещё там, сидя на диване, этот острый мужской запах и как оно хлюпало внутри. Сначала это было так странно, разве может быть так много? Непонятное ощущение… что внутри тебя находится… что-то чужое. Наверное, все платье запачкалось. Если девочки ждут меня в доме… лучше не снимать плащ до того, как я окажусь в ванной комнате, иначе придется предстать перед ними в таком виде.

Ни за что.

Когда я вошла в дом, встретила меня только София со стаканом сока в руках. Думала наверное, что он меня утешит. Зря…

— Много на тебя глазели? — спросила она.

— Нет, — рассеянно ответила я, мой голос показался мне бесцветным, — На улице нет никого.

— Это хорошо. Ужасно выглядишь… Тебя не было кучу времени.

— Сколько? — сглотнула я, ощущая свой приговор.

— Три часа. Солнце уже село.

Три часа…

Он брал меня три часа…

— Пожалуйста, не говори ничего девочкам. Они уже спят?

— Сидят по комнатам.