Не сплю почти третьи сутки. По часу в день. Впрочем, все как всегда. Бессонница посещала меня набегами, как саранча на огород. Выжигала мозги. На моем месте любой другой уже бы превратился в овощ, но генсолдаты имели большой запас прочности. Но меня беспокоило то, что этот запас прочности становился все меньше. Нужна разрядка… на заднем дворе меня ждал топор и целая не рубленая поленница. Когда физически выкладываешься, мозг просто отключается на несколько часов. Так мне удается немного отдохнуть… Но если так пойдет дело, мне придется отдать бразды правления Дилану.

По крайней мере, на какое-то время.

Дария Роттвид, 26 лет, медик. Положительный иммунный статус, замужем не была, половых партнёров не было. Психологически устойчива, обучаема… — я беглым взглядом проходился по каждой, все дальше загоняя свое настроение в задницу.

София Кельми, 30 лет. Служила в армии, по результатам анализа и личного опроса бывших половых партнёров — двое, замужем не была, психологически устойчива, однако, имеются некоторые проблемы с самооценкой. Обучаема… — я оставил личное дело, откинувшись на спинку стула.

Ну и дерьмо.

Я в Квартейле чуть больше пяти лет, почти уже шесть. Когда мир пошел прахом, армия еще несколько лет пыталась собрать его куски воедино. Полегло много наших ребят, очень много. Ведь мы были на красной линии соприкосновения. Три года ада, тысячи смертей, миллионы. Страшно вспоминать, какие приказы нам тогда приходилось исполнять. А потом не стало тех, кто отдавал эти приказы. А потом не стало страны, которой я присягал. Нашими усилиями отдельные группы людей отводились в горы, где мы пытались сохранить им жизнь. У кого-то получилось, у кого-то нет.

У нас получилось. И я за это держусь. Остались в живых и кое-кто из правительства. И один из них — Николас. Министр здравоохранения решил, что должен выполнять свою работу и в новом мире. Квартейл провозгласил себя приемником старой цивилизации, и армия закономерно дала присягу ему. Вот только законы там были уже совсем другие. Не без усилий Николаса.

— Пойми, Курт, — тяжёлая рука Николаса тогда опустилась мне на плечо, — Старые законы не сохранят новый мир, и тем более не возродят его. Нужны новые методы, которые, может быть, чужды старому миру.

Но так нужно. Иначе у нас нет будущего.

И я присягнул новому миру, вместе со своими ребятами, и другими солдатами, не из моей группы, которые так же положили голову за этот новый мир.

— Вспомни, что тебе приходилось делать, чтобы выжила эта несчастная кучка из трёх тысяч человек, — добивал меня Николас, — Никогда не забывай об этом. Только помни, что на этот раз тебе не придется выбирать, марая собственную совесть. За тебя выбор будет делать Квартейл.

Да, я помню, что мне приходилось делать.