Надеюсь, эти солдафоны не будут размножаться, передавая свою мутированную хромосому, подумала я, забираясь с девочками в джип.

— На борт, дамы, вуаля! — сказал Теон, пригласив нас внутрь витиеватым жестом. Когда Софи поднималась на борт, он попытался хлопнуть ее по попке, а она врезала ему пощечину. Он потёр щеку и рассмеялся. А потом занял свое место и завел мотор. Они-таки его починили.

Мила отвернулась к окну, всё ещё хлюпая носом. Я села рядом.

— Ничего плохого не случилось, — сказала я ей, придвинувшись вплотную, — Сегодня же был прекрасный день, разве не так?

Девочка оторвалась от окна и прильнула ко мне, спрятав лицо на моем плече. Я обняла Милу, словно мама, которой у нее не было.

— Я думала, мы друзья, — сказала она.

— Он прежде всего солдат, — ответила я Миле, — Не нужно из-за этого расстраиваться.

— Я одна росла в Перианте, не было никого вокруг. Я всегда мечтала, что, если бы у меня были друзья?

— Мы твои друзья.

— Неправда. Вы все взрослые. Старые уже, — без задней мысли ответила Мила, а я грустно улыбнулась, — А я всегда хотела дружить со сверстниками. Чтобы мы ходили компанией, и веселились, и пели, и комиксы читали. И играли вместе. Когда я познакомилась с Дэном, я думала, что у меня появился друг. Настоящий. Не те, которых я сама себе придумывала.

Мужчины сели в переднюю кабину и я радовалась, что они не слышат наших разговоров. Хоть что-то оставалось при нас — маленькие секреты, на которые мы ещё имели право.

— Он остаётся тебе другом, — возразила я Миле, — То, что он делает должное не говорит, что вы поссорились и теперь не сможете общаться.

— Дружба напоминает мне о том мире, — сказала Мила, сжав слабыми пальчиками мою руку, — Я иногда плачу по ночам, потому что совсем ничего не помню. Там, наверное, все дружили и это было несложно. Когда мы с Дэном веселимся, мне кажется, что все хорошо и нет никаких ядовитых облаков. А когда он это сделал… ну не пустил меня… он все испортил!

— Испортил? — удивилась я, — Что же он мог испортить?

— Напомнил мне одну плохую вещь.

— Какую же?

— В каком мире мы живём.

Глава 13. Курт. Дилемма

Ты мудак, Николас, я тебе это уже говорил?"

"— Ты говоришь мне это почти каждый раз, когда я сюда приезжаю, — Николас спокойно улыбнулся, развернув ко мне отчёт по статистическим данным.

Некоторым могло показаться, что Николас такой же чернорабочий, как и я — выполняет грязную работу, ездит везде сам, возится с переговорами, отдает лично приказы… Но я знал, что он не последняя шишка в совете. И не последний человек в штабе. Просто он был слишком одержим своей идеей и мог продавить кого угодно. Поэтому предпочитал таскаться везде сам. Не скажу, что это плохо. На таких упоротых маньяках держится цивилизация. Но иногда они заходят слишком далеко.