Виктор сжал зубы, чувствуя, как его настигает волна беспощадной ярости. Дракон, что был заперт в нем, ревел от боли. Он должен отомстить.

— Уходите! — рявкнул Виктор. — Активируй портал и убирайся отсюда!

— А вы, ваша милость? — воскликнула служанка, прижимая к себе тихо плачущую Белль, которая, не отрываясь, смотрела на деда.

— А я уже не жилец, — криво усмехнулся Виктор, показывая на окровавленные раны. — Мне недолго осталось. Когти демона ядовитые. Да и не выйти из дома больше, пока эта темная тварь здесь. К тому же дело у меня есть. Отомщу за дочь. Прощай, моя девочка.

Ты наша последняя надежда.

Виктор начертил на лбу Белль странные знаки кровью и кивнул. Служанка, плача и что-то шепча Белль, активировала аварийный портал, и они исчезли в легком облаке дыма. А Виктор направился на встречу с демоном, что почти выбрался из ловушки.

Никто точно не знал, что произошло, и какие заклятья использовал разгневанный Черный Дракон, а если и знали, то старались молчать, потому как магия эта была страшной и запрещенной. Лишь видели, как особняк на Золотой улице был охвачен темным сиянием. Демон хаоса был уничтожен Виктором.

Сам Виктор погиб, заплатив за месть жизнью. А дочь одной из помощниц кухарки выдали за Белль — по особому секретному императорскому приказу, разумеется. Чтобы создать иллюзию ее смерти.

Саму же Белль стали искать. Она была невестой принца, которая должна была спасти мир. А то, что привычному миру скоро придет конец, император и императрица убеждались все больше.

Темный бог начинал выступление.

* * *После этого рассказа сердце стучало быстро-быстро, а дыхания не хватало, будто я долго бежала. Я не помнила совсем ничего из того, что поведала мне императрица, но сердце отчего-то сжимала глухая тоска, душу леденил страх, а на глаза навернулись слезы.

Хотелось рыдать навзрыд, но я сдерживалась.

Так не должно было быть! Не должно! Все эти люди… Они не должны были умирать.

От этих мыслей кружилась голова, а сердце начинало биться еще чаще.

Поняв, что мне нехорошо, императрица встала, налила в высокий стакан воды из хрустального графина и аккуратно подала мне.

— Выпей воды, моя девочка, — печально сказала она. — Станет легче. Прости, что рассказываю тебе все это.

Тебе кажется, что ты ничего не помнишь, но сердце… Сердце этого не забыло.

Я сделала глоток. Прохладная вода действительно немного остудила эмоции — забыв о приличиях, я осушила бокал до дна и крепко сжала его пальцами.

— Значит… бабушка была служанкой? Той, которая спасла меня? — глухо спросила я, глядя в одну точку.

— Да. Она не просто спасла тебя, она выполнила волю Виктора, — ответила императрица.

— И приняла меня как родную, — глухо сказала я, вспоминая бабушкины глаза и улыбку, уставшую, но теплую.