– Сразу видно хорошее происхождение и воспитание.

А еще достаток: магазин был невелик – слишком специфическим товаром тут торговали, но посетитель сразу понимал, что у владельцев есть деньги, и немаленькие. Иные артефакты стоили столько, что даже страшно было брать в руки. Мама и не пыталась ничего трогать, ей достаточно было посмотреть на ценники, чтобы понять: этот зять для нашей семьи подойдет. Даже больше, чем Даниэль. Интересно, почему у него с Тересой так ничего и не получилось? Или как появился «Брунито», все договоренности были забыты? Да нет же, мама сказала, что соседи и по сей день считают, что с ним помолвлена я.

– Вы мне льстите, фьордина Венегас. – Довольный Андрес галантно поцеловал маме руку, чем еще больше убедил ее в своем соответствии требованиям семьи.

Мама уверилась, что я встречаюсь с этим молодым человеком, просто не сообщаю об этом семье, и начала обрабатывать уже его в надежде, что он, в свою очередь, уговорит меня. Андрес мило отшучивался, не показывая, как на самом деле обстоят у нас дела, и время от времени вопросительно на меня поглядывал. Мамино внимание ему льстило.

– Андрес, но вы ведь тоже считаете, что семья должна всегда стоять на первом месте? – напирала она. – И все разногласия должны быть забыты, особенно, когда приближается день семейного торжества. Уверена, Тереса будет просто счастлива, если Патрисия сделает такой трудный шаг навстречу.

– Я не сделаю, – мрачно заметила я.

Внутри меня поселилась уверенность, что ехать мне придется. И все семейное торжество показывать, как мы с сестрой любим друг друга, – тоже. Мама прекрасно знает, она получит от меня согласие рано или поздно. Но, боги, как же мне не хочется встречаться с Тересой и с Даниэлем! Ворошить прошлое, которое хотелось бы похоронить в глубинах памяти и никогда, никогда не вспоминать…

– Патти, Тереса тоже переживает и хотела бы все случившееся забыть. – Когда у мамы столь вдохновенное лицо, у меня даже сомнения нет в том, что она врет. – Так сделай же первый шаг.

– Как ты всегда говорила? Она старше и умнее, да? Вот пусть она и делает!

– Патти, милая, да как же она может сделать первый шаг, если ты с ней разговаривать не желаешь? – Мама почувствовала слабину в моем ответе и теперь стремилась дожать. – Дай ей шанс помириться. Мы с папой так этого ждем. Семейное торжество – лучший повод для этого.

Что-то мне подсказывало, что, сколько бы я ни давала Тересе шансов, она ни одним не воспользуется. Но мама уже выразительно рылась в сумочке, что в такой ситуации говорило только об одном – ищет носовой платок и собирается устроить показательные рыдания перед благодарной публикой. Зрелище зареванной родительницы не доставит удовольствия ни мне, ни Андресу, так что нужно было срочно что-то предпринимать.