Шэнь Цинцю выбрал ту, что сохранилась немного лучше прочих – по крайней мере, она не протекала, – и щелчком пальцев зажёг висящий на носу фонарь. Осмотрев лодку, они обнаружили там только шест. Шэнь Цинцю приглашающим жестом указал на него Лю Цингэ:

– Нам придётся идти против течения, так что, если мы хотим добраться до города, править непременно должен сильнейший из нас. Шиди соизволит?..

Лицо Лю Цингэ помрачнело, однако он без возражений взялся за тонкий шест и со всем усердием принялся за дело. С каждым его толчком лодка совершала мощный рывок вперёд, при этом фонарь на носу раскачивался и скрипел.

Шэнь Цинцю заботливо усадил Му Цинфана рядом с собой и скользнул взглядом по блестящей за бортом лодки воде. Ему на глаза даже попалось несколько весело резвящихся рыбок.

– До чего же чистая вода, – рассеянно заметил он.

Едва отзвучали эти слова, как вслед за рыбками проплыло кое-что покрупнее.

А именно плывущий лицом вниз труп.

Шэнь Цинцю в испуге вскинулся.

Труп, вашу ж, вашу ж, вашу ж мать!

«Стоило мне сказать “какая чистая вода”, и вот тебе болтающийся в ней мертвяк! Зачем же раз за разом отвешивать мне оплеухи?!»

Лю Цингэ подцепил труп шестом и перевернул его. Оказалось, что это скелет – из-за того, что он плыл лицом вниз и был с ног до головы завёрнут в чёрную ткань, они обнаружили это лишь сейчас.

– Шиди Му, – спросил у лекаря Шэнь Цинцю, – известны ли тебе такие разновидности чумы, которые способны мгновенно обратить тело человека в скелет?"

"– Никогда не слышал ни о чём подобном, – покачал головой Му Цинфан.

Поскольку они следовали против течения, стоило прекратить править лодкой, как их отнесло назад. Вновь подняв шест, Лю Цингэ сказал спутникам:

– Там впереди есть ещё.

И точно – вскоре мимо непрерывной чередой проплыло с полдюжины трупов. Как и первый, все они были закутаны в чёрное.

Уйдя в размышления, Шэнь Цинцю вернулся к реальности, лишь когда Лю Цингэ внезапно упёрся тонким бамбуковым шестом в стену пещеры, моментально остановив лодку. Решив, что что-то случилось, Шэнь Цинцю вскочил с места.

– Кто там?

Из темноты доносился звук учащённого дыхания. Свет от фонаря на носу лодки смутно обрисовал очертания человеческой фигуры, затем раздался звонкий мальчишеский голос:

– Кто вы такие? Почему тайком пробираетесь по подземной реке?

– Это мне следует задавать тебе подобные вопросы, – парировал Шэнь Цинцю.

Даже стоя на корме утлой лодчонки, он производил впечатление величия и утончённости. Его одеяния цвета цин, струящиеся чёрные волосы, висящий на поясе длинный меч, а также исполненные сдержанности и невозмутимости движения создавали безупречный образ бессмертного мастера. Что и говорить, Шэнь Цинцю в совершенстве отработал собственный метод пускания пыли в глаза.