Это ж на что такое намекает Иннокентий?! Пришлось нам выйти на свежий воздух. У здания высотки спор между Тосей и Кешей продолжился.

— Саныч, у нас с Тосей есть секрет. Командир, ты только не переживай. У меня всё было под контролем. Меры предосторожности я всегда предпринимал.

У меня уже начала планка опускаться, от такого заявления. И главное, что Тося молчит.

— Говори уже, как есть, — сказал я.

— Саныч! Брат мой!

— Да что-то я уже сомневаюсь, — поправил я Петрова.

— Это я должен был тебе сказать. Мы с тобой, как одно целое. Я… да я за тебя последнюю рубашку отдам.

— Да не стоит на такие жертвы идти, — отмахнулся я. — Говори уже, Кеш. Я спокоен.

Петров переглянулся с Тосей, глубоко вздохнул и приготовился сказать что-то важное.

— У меня проблемы со зрением.

Ну, об этом я и без Иннокентия знал. Похоже, что именно об этом он мне тут пытался сказать. Но как-то уж слишком завуалировано.

— Какие? — спросил я.

Тут мне Кеша всё и рассказал. И про глаз, и про договор с Тосей, чтобы она никому не рассказывала, и про то, что он на неё обиделся. Подумал, что Антонина рассказала всем.

— С чего ты так решил, не понимаю, — развёл руками я.

Тося пыталась вмешаться, но я ей не давал. А то и правда скажет, что мне рассказала. Весь спор заново начнём.

— Ну, тогда я спокоен. Тебе Сан Саныч, я эту тайну доверить могу, — произнёс Кеша и крепко меня обнял.

Как только все проявления «любви и нежности» ко мне были завершены, Иннокентий отправился в здание, продолжать банкет. Я же предложил Тоси пройтись."

"— Ты меня, наверное, в медпункт проводи. Не хочу объясняться с девчонками, где я «набралась», — сказала Антонина и обвила меня за руку, прислонив голову к плечу. — Луна сегодня красивая, и небо такое звёздное.

— Согласен, — сказал я, взглянув в небо.

Шли медленно, не спеша и молча. Не знаю, о чём думала Тося, но мне хотелось бы прояснить один момент.

— Что у тебя с замполитом?

Белецкая сбилась с шага и остановилась. Свет от фонаря на нас не попадал, поэтому я не мог разглядеть её выражение лица.

— Ты что, ревнуешь? — спросила Тося.

— Что у тебя за привычка отвечать вопросом на вопрос?

— Да ты ревнуешь! — воскликнула Антонина и от души ударила меня в грудь. Не со зла, а как бы между прочим, только вот она перебрала со спиртным и плохо себя контролировала. — Поделом тебе! Почувствуй то же, что и я, когда ты был с Кристиной. Хотя… нет, у тебя не получится. Ведь у меня ничего нет с Мельниковым. И не было. Нравлюсь я ему. Конфеты пару раз подарил. На этом всё. С чего ты вообще взял, что у меня кто-то есть?

— Раз спросил, значит, ходят слухи.

— Ааа… я поняла! Ты обо мне интересовался. Следишь за мной? Информацию собираешь, на руках носишь. Хм, что же это может быть… — Белецкую понесло.