Место заранее было обустроено для встречи оборотня, и сразу после его приземления активируются десятки ловушек. Огонь, вихри, электрические разряды, вакуум — Ратвер вынужден снова и снова переживать это смертоносное комбо.

Я посылаю ментальный сигнал Лакомке:

«Мы на точке „Б“».

«Я уже здесь, мелиндо», — с готовностью отзывается альва.

В зоне крепости, из густых теней появляется стройная фигура Лакомки, закованная в тонкий, но прочный древесный доспех. Здесь она нужна вовсе не для битвы, а чтобы в кое-чем разобраться.

Тем временем Ратвер яростно воет, и мощь его воя разметывает огонь последних мин в разные стороны. Обожжённый и израненный, он хромает на правые лапы, его крылья разбиты вдребезги и превратились в груду ошмётков на спине. Пока регенерация не восстановила его, нужно действовать.

— Истинная⁈ — оборотень замечает альву. Он вглядывается в ее закрытое шлемом лицо. Его чёрный нос жадно вдыхает воздух, пытаясь уловить знакомый запах. — Чертов щенок, ты опять привел не ту…

— Гори в аду, оборотень! — звонко кричит альва. — Мой мелиндо убьет тебя!

— Ага, как же! Даже сейчас я сильнее вас всех! — скалится гигантский волк.

А я перевариваю услышанное. Истинная не Лакомка. Значит, Настя? Но она ведь была на балу в Кремле, как и остальные жены. Почему Ратвер ее тогда не опознал? Или он ее просто не учуял? Это было бы странно.

Ладно, вообще неважно, кто там эта непонятная Истинная, потому что проблема с Ратвером сейчас решится надолго. Что он там сейчас ляпнул? Что всех сильнее? Пора показать его ошибку.

«Лакомка, залп!» — командую.

«Да!»

В ту же самую секунду оживают ели, рассаженные вдоль стены. Их мохнатые лапы резко поднимаются вверх. В Ратвера летят тонкие зеленые иглы. Оборотень даже их не замечает, и его шкуре эти иголки не способны пробить. Но вот именно сейчас Праотец ликанов представляет собой ходячий кусок фарша в кусках шерсти, и яд в иглах легко попадает в его кровопоток. Но этого все еще недостаточно. Иммунная система у Высшего оборотня самая совершенная, и мне необходимо ее подправить. А сделать это можно только вручную.

Я превращаюсь в бурого медведя, распухая в три раза, и приглашающе машу лапой.

— Готов ответить за слова, волчара? — рычу я непривычно большой пастью. Еще и брюхо стало такое большое, будто я всё лето ел и спал.

— Ты не только летун, но еще и оборотень? — удивляется Праотец ликанов. — Какой же ты менталист! Я всё же оторву тебе пару рук!

— У меня нет рук. Только лапки, — показываю свои пушистые пудовые хваталки.

— РРР-А! ПЛЕВАТЬ!

Как оказалось, он так ничему не научился, а потому бесстрашно сигает прямо на меня. Прямо на мой мохнатый мамон. Правда, в этот раз никакие ловушки не предусмотрены. Но я всё равно не планирую схватываться с волком-переростком.