Впрочем, причина недовольства Лисицы быстро выяснилась, когда он сварливым тоном спросил у Киры:

– Мы ужинать сегодня вообще будем или как? Между прочим, мы с Цветиком еще и не завтракали, и не обедали.

– Почему? – удивилась Кира.

– А кто нам приготовил?

– Кто? А вы что, сами безрукие?

– Я не умею. А Цветик… Она… Она тоже не может.

– Почему?

– Она не может подходить к плите, и все тут.

Кира пожала плечами. Выяснять, почему Цветик не может подходить к плите, она не стала. Возможно, это было каким-то образом связано с теми сектантами, в лапы к которым попала Цветик. Возможно, это были огнепоклонники, которые только поклонялись огню, но не готовили на нем? И теперь Лисица опасается, что вид пламени в горелках вновь напомнит Цветику о ее сектантском прошлом?

Это была лишь одна из версий, но Кира не стала долго зацикливаться на этой теме. Она была и сама страшно голодной и поэтому хорошо понимала раздражение Лисицы. Правда, одно она не могла взять в толк: если Цветику возбранялось приближаться к огню, то почему сам Лисица не взял приготовление еды на себя?

Но лишние знания – лишние печали. Поэтому Кира ограничилась тем, что плюхнула на сковородку целый десяток яиц, добавила туда сыра и колбаски, порезала белый хлеб толстыми ломтями и сочла, что приготовления к ужину закончены.

– Идите к столу! – позвала она.

И была приятно изумлена той скоростью, с которой брат и сестра смели всю яичницу до крошки. Лисица закидывал в себя огромные куски и постоянно что-то говорил. Цветик ела молча, как-то неумело орудуя вилкой.

Пока они наедались, Кира с интересом разглядывала их, пытаясь найти схожесть в их чертах. Но двух более несхожих людей ей видеть до сих пор не приходилось. Лисица, как и следовало из его прозвища, был худым, подвижным и интенсивно рыжим. А Цветик была миниатюрной блондинкой. Блондинкой? Это еще был вопрос. Ведь волос на голове у девушки не было совершенно. Впрочем, как у многих светловолосых людей, у Цветика также почти не было бровей и ресниц, что и позволило сделать Кире такие выводы.

Во время еды Цветик что-то восхищенно попискивала, но, повинуясь взгляду брата, сразу замолкала. Хорошо уже то, что девушка оказалась не немой. Впрочем, Кира так и не поняла, что хотела спросить у нее Цветик, потому что вернулась Леся. Она тоже была голодная и слегка не в духе. И первым делом подсела к столу. Не обнаружив на нем ничего съестного, она расстроилась еще больше.

– Яишенку? – услужливо предложила ей Кира. – За три минуты сварганю!"

"Леся лишь кивнула. И Кира снова встала к плите. Попутно она разбила пару яиц и в мисочки для Фантика и Фатимы. Кошки обожали сырые яйца, но Леся, которая отвечала в доме за питание не только людей, но и животных, избегала им их давать.