— А к вечеру, мы уже преградили путь армии хана Герая, направлявшейся в начале для освобождения Керчи и возврата Еникале, а затем перенаправленной на Кафу. Звучит настолько неправдоподобно, что у большинства разбирающихся в этом людей вызывает только смех, — улыбнувшись продолжил я.

— Признаться, именно так неправдоподобно всё это и выглядело, — кивнув, согласился он, и уточнил, — до сегодняшнего дня.

— Именно, ваша светлость, — обозначил я любезный поклон."

"— А что снаряды к вашим орудиям и картечницам? Не думаю, что в зарядных ящиках их в достатке.

— Если бы это была боевая операция, ваша светлость, то каждый солдат, помимо своего снаряжения, перенёс бы через портал по четыре снаряда. Сил на это у них хватит, потому как каждый имеет узоры десятого ранга, — не стал я полностью откровенничать.

— Одарённых собрали со всех частей?

— Отнюдь. Это первый батальон Дикопольского полка, единственно, пришлось доукомплектовать его несколькими солдатами до штатной численности, из-за выбывших из строя погибших, раненых и больных.

— Хотите сказать, что у вас так много высокоранговых одарённых?

— Именно это я и продемонстрировал. Единственно, пришлось всё же задействовать из других частей высокоранговых для открытия порталов. Моя сестра, её сослуживец Осипов, Астафьева, Столбова, другие офицеры. Силами одного лишь батальона переброска заняла бы чуть больше времени. А гаубицы и вовсе пришлось бы разбирать не на две части, ствол, лафет, а как минимум на три. Порталы на четверых человек доступны лишь немногим.

— Кстати, это так же впечатляет. До сей поры считалось, что их пропускная способность три человека, а тут четверо.

— Здорово, правда, — с детской непосредственностью подмигнул я. Но тут же стал серьёзным. — Ваша светлость, вам, как никому другому известно, что мы с радостью готовы сотрудничать к обоюдной пользе. Так что, прекращайте выискивать в нас угрозу, и начинайте высматривать выгоду.

— Звучит заманчиво.

— А главное, искренне, ваша светлость.

— Значит, будете отстаивать самодержавие, при том, что можете серьёзно изменить расклад сил.

— Будем поддерживать государя и все его начинания, которые я уверен, далеки от неудержимого желания сосредоточить всю полноту власти в своих руках.

— Отчего так?

— Оттого, что крепкая рука настоящее благо при сильном и здравомыслящем правителе, и вредна при слабохарактерном и не очень умном.

— Значит… — начал было князь.

— Нет, ваша светлость, — покачав головой, возразил я. — Излишняя самостоятельность князей России тоже не на пользу. Как по мне, то Софья Алексеевна в своё время делегировала своим подданным слишком много вольностей. Надо выбрать некий баланс.

— Новгородское вече? — предположил Милославский.