Не такими словами, конечно, там все было завуалировано, абстрактно, дипломатично, но я и так все понял. Они давали надежды после лечения, но… это был явно не тем, что я хотел получить.

Я хотел поехать туда, поговорить с докторами, но только сейчас вспоминал, что Зара меня отговорила. Сказала, что нет в этом нужды, что доктора ошибаются и нужно просто сдать анализы еще раз. В другом месте. В другой клинике. Более надежной. Более проверенной.

Что мне помешало поговорить с врачами во второй раз, когда на и-мейл снова пришли неутешительные результаты? Истерика Зары.

Она тогда так плакала, так кричала… я думал, у нее настоящий приступ, даже хотел вызывать скорую. Было не до остального, только страшно за супругу, которая будто бы на глазах теряла разум.

В третий раз я уже был уверен, что увижу в ответном письме из клиники.

Все те же слова, те же формулировки, та же дипломатичность.

К тому моменту я почти свыкся с этой мыслью. Не смирился, нет, но… начал постепенно понимать, что ничего не поделаешь. Значит, свыше так решили, а мне нужно принять это и как-то жить дальше.

- Что ты такое говоришь, Зара? – наконец, осмелился я на вопрос.

- Я так сильно тебя презираю, что даже не могу выразить это словами, дорогой муж, - выдохнула Зара, становясь напротив дивана, на котором я сидел в ее квартире. На улице был вечер, за окном было темно и туманно. Я приехал к ней сразу после разговора с Доценко.

- Объяснишься? – Нет, я уже ничему не удивлялся. А зачем? Мне регулярно вонзали нож в спину, нужно было привыкать к этому.

- Ты же испортил мне всю жизнь, Цахаев… - прошептала она. - Если я только не влюбилась в тебя, если бы только слушалась мать, то не стала бы твоей подстилкой, не окунулась бы в эту грязь лицом! Ты же смешал меня с грязью, Шамиль… ты отвел мне позорное второе место… во всех смыслах этого слова.

И сколько я не старалась для тебя, но сразу, как в дом привели эту русскую чужачку, твой взгляд изменился. Ты и сам не понял этого, а вот я увидела, я сразу рассмотрела твои чувства к ней. Ты заставил меня соперничать с ней, заставил унижаться, вести эту борьбу за твое сердце, хотя я изначально проиграла этот бой. У меня никогда не было шанса быть счастливой с тобой и не говори мне, что ты старался! Если бы ты хотел… ты бы украл меня, украл сразу, как мы закончили школу или хотя бы тогда, когда ты уехал жить в Москву! Но нет, ты держал меня, словно на привязи, уговаривая подождать, обещая, используя, как дешевую шлюху, пока находился дома, а я… сначала любила, потом верила, а затем… поняла, что у меня уже просто нет другого выхода. После близости с тобой у меня уже не было шанса выйти замуж за другого.