То ли усталость берет свое, то ли хренов дождь расплескал по венам тягучую романтику. Или у меня просто давно не было женщины. Или еще сотня всяких «или», которые в моем случае будут более реальны, чем тот факт, что мне просто нравится чувствовать Полину так близко возле себя. Она никогда не нравилась мне как женщина, которую бы хотелось трахнуть — это факт. Не у всех мужчин безусловный стояк на холеных красоток, потому что холодный рыбий взгляд со значками денежных знаков не вызывает ничего, кроме мыслей о миссионерах, которые имели своих жен с мешками на головах.

Она поворачивается еще немного, и я чувствую губы на своей шее. Это не поцелуй, это просто приоткрытый рот, которым она как будто дышит мне под кожу.

Я бы хотел вскрыть ей голову и посмотреть переписку мыслей.

О ком ты думаешь, Полина? От кого прячешься?

Мои руки у нее на животе, и я чувствую тонкие пальцы на запястье. Она сжимает так крепко, что обручальное кольцо продавливает до самой кости. Пытаюсь поддаться, сплести наши пальцы, но Полина настойчиво подталкивает мою ладонь вниз по животу. Футболка задралась, и в неясном свете я вижу гладкий живот с продолговатым пупком, пошло оголенный низкой линией шорт.

— Этого хочешь? — Веду большим пальцем вдоль резинки. Сколько у нее не было мужчины? Почти год. И не будет еще минимум месяц.

Вместо ответа Полина просто разводит ноги в приглашающем жесте и заводит одну руку мне за шею. Ногти скребут кожу на затылке, пальцы жестко комкают пряди в кулаке, из-за чего я нарочито громко шиплю. Но, по-моему, даже если я пошлю матом, ей плевать.

Свободной рукой цепляю пальцами край футболки и тяну вверх. Полина вздрагивает, когда капли дождя ночной росой падают на кожу: несколько на ребрах, пара в углублении солнечного сплетения. Меня разбирает любопытство увидеть то, что скрыто, поэтому я просто одним рывком задираю ткань до самой шеи.

Полина изо всех сил вдавливает губы мне в шею, подавляет вздох, который я чувствую в учащенных ударах ее сердца.

У нее небольшая грудь: гораздо меньше, чем моя ладонь. Я веду пальцем вверх, между округлостями, несильно тяну за кулон на цепочке, и Полина рассерженно прикусывает зубами кожу на моей шее. Ощущения… странные. Настолько странные, что я немного отклоняю голову, открывая доступ ко всей шее и ключице.

Мы словно идиоты, которые никогда не занимались сексом: не можем сказать друг другу элементарных вещей, озвучить мысли и желания. Идем на удачу с завязанными глазами по минному полю и наивно верим, что не рванет.

Мне нравится, какая прохладная у нее кожа, как россыпь мурашек покалывает ладонь, когда я осторожно глажу напряженный сосок подушечкой большой пальца.