Нари еще успела увидеть, как Бетти, прищурившись, отложила вилку, чтобы ничто не мешало ей наслаждаться представлением, но тут у парадного входа раздался какой-то шум, и все подняли головы, прислушиваясь.

В гостиную вбежал слуга, пару раз открыл и закрыл рот, махнул в сторону выхода, но так и не сумел выдавить из себя ни слова. Следом за слугой в распахнутую дверь шагнул Скайгард Ньорд. Он был мрачен и зол, окидывая тяжелым взглядом присутствующих. Лицо его чуть смягчилось лишь тогда, когда он увидел жену и дочь.

– Прошу извинить меня. Приземляясь, я немного не рассчитал и помял розарий леди Арне, – сухо произнес лорд Ньорд таким тоном, что всем сразу стало ясно: розарий виноват сам, подвернувшись под горячее крыло.

Затем он прямиком направился к Нари, мягко взял за подбородок, заставляя посмотреть себе в глаза."

"– Чего ты вчера испугалась настолько сильно, что светила всех городов горы Ньорд колотились так, что перепугали жителей? – обратился он к дочери на улоссе, не оставляя ей шанса промолчать. – Чего ты испугалась, Горошинка? – сказал он уже нежнее, увидев, что глаза Нари наполнились слезами.

Нари растерялась. Меньше всего она хотела впутывать в это папу. Да, она испугалась, узнав, кто такой Керин на самом деле, но теперь страх прошел.

– Это… случайность… – прошептала она, борясь с магией драконьего языка, пытаясь ответить честно, но умолчать о главном. – Зря напугалась…

Она обернулась за поддержкой к маме, которая, хмурясь, смотрела на нее. Маргарита тоже желала знать, чего испугалась Нари. Но глаза дочери умоляли: «Молчи! Прошу, мама! Папуля не должен знать, что я убегала!»

– Скай, присядь, – сказала Маргарита, обдумывая, как смягчить правду.

Бетти, которая все это время чуть ли не подпрыгивала на месте от нетерпения, поняла, что Нари снова отвертится от наказания.

– Ваша Нари сегодня ночью убежала из дома, чтобы увидеться с каким-то Керином! Летала в Селис и вернулась только утром.

Скай, который уже собирался сесть за стол, так и остался стоять, возвышаясь над дочерью.

– Керин, значит, – хрипло произнес он. Не повысил голоса, но Нари поняла, что дело плохо.

– Нет, папа, нет… Пожалуйста, папуля!

И она, сбиваясь, захлебываясь слезами, выложила все: о том, что хотела встретиться с Керином как с другом, просто увидеться один раз. О том, что… Нари закрыла лицо руками и сквозь прижатые ко рту пальцы пробормотала, что поцеловала его. Сама, сама поцеловала, ты не думай, папуля! А потом выяснилось, что Керин – Харосс и, кажется, правитель. В эту секунду вскрикнула мама, а папа зарычал, как раненый зверь.