Поговорим, а то тебя дома-то и не поймать.

— Нет, я хотела только с тобой поговорить. Влад там лишний. Мам, а приезжай ко мне.

— Дочь, я не могу. Влад скоро вернется, а меня нет, ему это не понравится. Приезжай к нам, поговорим обо всем. Я тебя вкусненьким накормлю. Переночуешь в комфорте, а не на своем диване. Давай, дочь.

— Нет, мамочка. Давай, когда ты будешь одна. Я тебя люблю.

— Мариш, у тебя все хорошо?

— Все отлично. Все, мамуль, моя остановка. Пока.

Прокаталась до девяти вечера, но в итоге на каком-то автобусе все же добралась до дома. Вместо того, чтобы лечь спать, все обдумать и отдохнуть, я почему-то открываю шкаф и достаю давно забытую вещь: бумагу и мольберт. Пять лет. Ровно пят лет я не прикасалась ни к чему, и только проезжая очередную остановку, поняла, что безумно хочу рисовать. Так, что чешутся руки. Взяла все необходимое и начала рисовать. Очухалась только к двум ночи, понимая, что рисую я Марка. Дожили…. Ну и ладно, фотографии нет, так хоть будет его нарисованный портрет. Сумасшедшая, я его и так буду видеть каждый день. Портрет, блин, вздумалось рисовать. Дура! Кидаю на мольберт простынь и заваливаюсь на диван.

***"

"За два прошедших дня я поняла простую вещь-при желании, общество Марка можно легко избежать. Не отвечать на его звонки, на работу приходить тогда, когда в ординаторской уже есть люди, и уходить тогда, когда мы в ординаторской тоже не одни. Вот и все. Главное оставаться на людях. Каким бы прошаренным искусителем ни был Марк, он не дурак. Прекрасно понимает, что открытые слухи никому не нужны. Я и раньше могла делать тоже самое, проблема в том, что я подсознательно хотела его общества. Нет, сейчас-то я хочу этого еще больше, но разум благо не дремлет. Я стала уходить вовремя, не задерживаясь ни на минуту. Скорее всего, Марк мог бы меня оставлять как раньше, до тех пор, пока не сделаю всю работу, но парадокс в том, что за эти два дня я все успевала сделать ровно в положенные часы. Вот и сегодня ровно в пять я уже иду к метро.

Подъехав к дому, поняла простую вещь-я хочу перемен. Зашла домой, достала неприкосновенный запас денег и пошла в парикмахерскую.

— Что будем делать? Стрижечку и корни?

— Нет. Длину не трогать. Перекрасьте меня в родной мышиный.

— Что?!

— В русый меня перекрасьте обратно.

— А мне кажется вам блондинкой очень идет.

— Нет. Хочу что-то более натуральное.

— Тогда может у корней сделаем под ваш натуральный, а остальное посветлее? Окрасим вас методом омбре.

— Давайте.

Через два часа на меня смотрела прежняя я. Странно, но мне нравится. Что-то в этом есть. По дороге домой зашла в магазин и купила себе красную помаду, новую тушь и блеск для губ. А потом ноги сами завели меня в магазин одежды. Джинсы, рубашка, платье и красные туфли. Да уж, сэкономила. Вот тебе и неприкосновенный запас.