Если взгляд присутствующих гостей задерживался на них, то уже не отпускал их из поля зрения, с восхищением и возмущением наблюдая за восхитительной парой.

И все же представители высшего света Ровении тихонько судачили о том, что Аверины решились принять в семью подозрительную иномирянку, а теперь и Май Данери туда же.  Иномирянка явно не так проста, как хочет казаться, если Жнец душ и всегда сдержанный император не может противостоять её чарам.

— Рон Аверин не так давно признался, что у вас  фиктивная помолвка, — неожиданно произнёс  Майстрим, до этого развлекающий Елению рассказами на отвлеченные темы. — Вы заключили ее, чтобы оградить тебя от многочисленных предложений поклонников стать ластаной.

— Да, ваше величество, — сдержанно ответила Еления, немного напрягшись. — Именно поэтому. Мужчины вашего мира не понимают, что стать чьей-нибудь ластаной может и не являться пределом мечтаний девушки.

Она с удивлением подумала, что Рон все-таки выполнил обещание и рассказал все Маю. И все же слова Мая именно сейчас стали для Ели неожиданностью. Зачем он заговорил об этом?"

"Они все ещё кружились по залу, второй танец подходил к завершению. Еля слегка задрожала от нервного напряжения, а Май стал ещё серьезный, чем был обычно, потому что вдруг понял, что тоже не в силах справиться с охватившим волнением.

— Можешь не называть меня величеством? — поморщился он, а Еля смущенно улыбнулась в ответ и кивнула.

Утонченная неяркая красота Ели заставляла Мая жадно впитывать в себя нежный образ, безупречная осанка вызывала восхищение, а мягкая смущённая улыбка находила прямой отклик в сердце.

Хрупкая изящная рука девушки в его руке волновала и не давала покоя. Май понимал, что совсем потерял голову.

В последние дни он мог думать только о том, что Еля свободна, что она — не чужая невеста. Он решил именно сегодня сделать предложение, потому что больше не мог просто смотреть на неё. И не хотел. Это оказалось выше его сил.

Раньше он считал, что ему будет трудно полюбить, что его избранница должна обладать всеми мыслимыми и немыслимыми достоинствами. Но вот... и с ним случилось это, хотя он и понимал, что Еля оказалась не такой, какой он представлял себе свою пару. Но теперь думать он мог только о ней, в объятиях хотел сжимать только её хрупкую фигурку, а целовать только её нежные губы.

Глава 70

— Дежавю, — задумчиво произнёс Ричард Аверин, наблюдая на танцующими Маем и Елей. — Совсем как на помолвке Роланда Варниуса и Миры Данери. Снова они танцуют и не оторвать взгляд. Не находишь?

Рональд промолчал. В последний месяц он много работал над собой, чтобы не сорваться. Доводил умение владеть собой до совершенства.