Там мы с Галиной после парикмахерской сидели, болтали.

– Миш, возьми меня с собой, а?

– Ты настолько мне не доверяешь?

– Не тебе. Я не доверяю своей однокласснице Галине. Ты её знаешь, как Элину.

– Что? – он смотрел недоверчиво, – погоди, Кать, ты её знаешь что ли? Элина твоя одноклассница?

Я молча кивнула, всматриваясь в его лицо. Сейчас я сама себе напоминала Галину-Элину на их, совместных с Михаилом, фото. Представив то, как смешно я выгляжу со стороны, уговаривая его взять меня с собой, я вздохнула и сказала:

– Ладно, Миш, наверное, ты… – договорить мне не дали.

– Кать, не хотела вам мешать, но ты мне срочно нужна! – в гостиную вошла Людмила, – Михаил, извини! На-ка вот пока водички нашей колодезной попей, а мы быстро.

Она сунула ему бутылку воды.

Людмила меня схватила за локоть и вытащила из гостиной на улицу.

– Да что у тебя стряслось то, Люда? – семенила я за ней.

– Кать, я всё слышала. Он вот сейчас посидит, водички правильной выпьет. Обдумывает сказанное тобой про Элину его, и сам захочет тебя взять с собой. А если бы я тебя сейчас не вытащила из комнаты, ты бы такого наговорила! Ты же у нас гордая! В мужика вцепиться – это ж не про тебя! Будешь потом в подушку выть и по ночам с Иваном лесником встречаться.

– Что? Откуда ты… Да не вою я в подушку по ночам!

– Это пока не воешь. А вот как потеряешь его, – Людмила кивнула в сторону дома, намекая на Михаила, – да осознаешь это, вот тогда и начнёшь выть. А Иван – это так, для тела только. А вот душа твоя отогреется только рядом с таким же, покалеченным и одиноким, как ты сама.

– А знаешь, Кать, я думаю, ты права. Поехали вместе в город. Не хочу, чтоб ты тут сидела и думала чёрт знает что, – Михаил выехал из дома, на коленях у него лежала наполовину выпитая бутылка воды, – спасибо, Людмила за водичку. Да, колодезная вода ни с чем не сравнится.

– Миш, ты уверен?

– В чём? В том, что хочу, чтобы между нами недомолвок не было? Абсолютно! А ты?

– Правильно, Миш, Катерина у нас гордая и самостоятельная. Но это потому, что рядом с ней мужика нормального нет, – подбодрила его Людмила. Потом, повернувшись ко мне, сунула мне в руки вторую бутылку, – и ты вот попей водички колодезной, пока в город едешь, глядишь и ты поумнеешь.

Из деревни мы выезжали молча. Деревенские, завидев микроавтобус Михаила с ним за рулём, останавливались. Уже все знали, что он на инвалидной коляске ездит, инвалид, а сам за рулём. Для деревни это было в новинку.

Машину Михаил вёл уверенно. Стиль вождения у него был спокойный. Он не подрезал и не гнал, как сумасшедший.

– Кать, скажи, а Людмила, она у вас гадалка, что ли?

– Скорей уж, предсказательница. Она будущее видит, к ней вся деревня обращается.