Ну не без этого. Пять огромных корзин. Розы, лилии, хризантемы, ещё цветы и зелень, названий которых я не знаю.

— Выбери те, что нравятся , — предлагаю ей решение проблемы. — А остальные выбросим.

Катя молча проходит глубже в кухню и тянется к ящику, где лежит смесь. Одна из корзин ей мешает.

— Помогите, пожалуйста, — чуть раздраженно просит Катя, держа одной рукой Демьяна, а второй жестяную банку.

— Конечно, — подхожу к ним ближе.

Снимаю корзину на пол, помогаю насыпать смесь и развести в бутылочке. Целую в макушку сына.

Сталкивается с Катей взглядами. Чувствую, дрогнуло в ней что-то. Девичий восторг все же взял верх над напускной строгостью. Но храбрится. Незаметно закусывает щеки. Чтобы не улыбаться? Ай… Не выдержав моего внимания, Катя опускает глаза.

— Присядь, покорми ребёнка, а я нам сделаю ужин.

Немного неуклюже задев угол стола, она садится на стул. Со столешницы слетает пульт. Ловлю его, чтобы не разбился о кафельный пол и случайно включаю телевизор.

— Напоминаем, что поздней ночью автомобиль известного предпринимателя Фролова вылетел за ограждения и упал в реку. Тело вместе с машиной были подняты водолазами уже следующим утром. Как установили эксперты, мужчина не справился с управлением в результате сильной алкогольной интоксикации, — вещает диктор новостей.

Я агрессивно жму кнопку выключения, но она почему-то срабатывает только раз на третий.

В кухне повисает тишина. Катя все поняла. Нужно быть идиоткой, чтобы не сложить два и два.

— Вы с адресатом цветов не ошиблись? — Невесело хмыкает она.

— Катя… — разворачиваюсь к ней лицом. — Просто поверь. Иногда иного выхода нет.

— Мне не жаль, — пожимает она плечами. — За своего ребёнка я бы голыми руками прикончила.

Заканчивает хриплым голосом и прикрывает глаза. Всхлипывает. Взбалтывает смесь, капает себе на руку и даёт Демьяну.

— Кушай, маленький… — шепчет со слезами в голосе.

Сын жадно, придерживая бутылочку двумя руками, чтобы не отобрали начинает причмокивать.

Я сам близок к тому, чтобы пустить слезу. Да чтоб тебя! До печёнок пробрала! Но самое главное, что приняла! Рассуждать правильными категориями — это функция в женщине дорогого стоит.

Отворачиваюсь к ресторанным коробкам с едой. Раскладываю запеченную рыбу по тарелкам, добавляю овощи и вдруг слышу слабый Катин голос.

— Тимур, возьми сына. Мне плохо…

Бросаю все и подлетаю.

— Что случилось?

Забираю Демьяна. Он начинает хныкать из-за того, что пришлось оторваться от еды. Возвращаю ему бутылочку.

— Не знаю… — шепчет Катя, начиная обмахивать лицо руками. — Резко в жар бросило и в груди заболело. Давление, наверное, или женское…

Я во все глаза смотрю, как на груди у няни сына выступает мокрое пятно. Оно расползается, становясь все насыщеннее.