Так уж получилось, что он только что остался без сознания, а оно, увы, не восстанавливается. И передайте мои поздравления Гарри Фишеру, теперь он официальный глава корпорации. Надеюсь, этот молодой человек будет куда умнее прежнего, на таком посту надо просчитывать свои шаги на двадцать ходов вперед, а не на два или три, что подвело вашего Старика. Ну а теперь брысь отсюда, всякие разговоры закончены.

— Но…

Рос вздохнул:

— Я же сказал — закончены.

— Мы все еще можем договориться.

— С вами? Никаких договоров. И раз уж вы не спешите уйти, вынужден вас поторопить.

— Попробуйте, — уже не так уверено произнес Эрик и обернулся на ряды своих воинов в поисках моральной поддержки. — Вам не пройти к этой двери. Мы не позволим. И не надо думать, что Аннигилятор был нашим единственным козырем.

— В таком случае оставайтесь, вам же хуже, — Рос, даже не думая доставать оружие, тщательно чеканя каждое слово произнес: — «Гейм-администратор альфа четыреста два вызывает на техническую локацию объект сто четырнадцать, пять, ноль, два, восемь, баг-рапорт номер семь тысяч девятьсот сорок пять».

По залу пронесся порыв ветра и на пятачке между группой Роса и стерегущими их воинами возникла шестиметровая желтая сфера. Зависла в воздухе на минимальной высоте, из нее выехали крошечные ножки и ручки, похожие на тонкие засохшие веточки. Крутанувшись, шар уставился на Роса грустными крошечными глазками, изогнул рот в печальной гримасе, и, чуть не плача, сообщил:

— Опять ты, хитрый и наглый червячок. Ну и зачем ты меня позвал? Я только что заметил мясцо. Олень. Жирный, вкусный. Очень люблю оленей. Питаю к ним слабость. Вот зачем было звать прямо сейчас?! Я едва сдерживаюсь от слез.

— Привет, Смайлик. Не плачь, я тебе все компенсирую. Оцени, сколько вкусных блюд ждут тебя с другой стороны зала.

Покосившись в указанном направлении Баг изменил выражение примитивной мордашки на нейтральное, а затем линия тончайшего рта изогнулась кончиками кверху. Заулыбавшись, он совершенно другим голосом произнес:

— Ой прости, я даже не поздоровался. Весь в делах, о вежливости забываю, все о мясце думаю."

"— Да я все понимаю, не в обиде. Так ты доволен, что я тебя вызвал?

— Червячок, я правильно тебя понимаю? Все что я вижу — является угощением?

— Вот эти люди со мной, а насчет остальных ты все понял верно.

Хоть это и казалось невозможным, но Смайлик заулыбался еще больше вспыхнув перед этим желтым огнем, после чего всякое движение в рядах разволновавшихся воинов стихло:

— Как прелестно, что ты не забываешь старых приятелей. А то я уже почти огорчился, ты ведь столько обо мне не вспоминал.

— Прости, тоже весь в делах.

— Да я же понимаю, я все понимаю, не надо оправданий, тут все свои, ни к чему они.