Мне иногда даже самой становится страшно, когда я начинаю думать об этом…

— Ты действительно считаешь так?..

— Дело в том, что я не особенно разбираюсь в глобальных вопросах жизни… В отличие, скажем, от тебя, Мейсон…

— Я тоже не слишком хорошо разбираюсь в них, — ответил тот.

— А я, как мне кажется — совсем плохо. Честно говоря — мне нравится в жизни только прекрасное… Вот я вижу живые цветы — и мне уже приятно.

— Хорошо, — ответил Мейсон, не задумываясь. — Хорошо. Цветы, так цветы…

— Хочешь преподнести мне букет?.. — спросила Уэйнрайт.

Мейсон немного помолчал, словно что‑то обдумывая, а потом произнес:

— Хотя…

— Что?

— Знаешь, Джулия, это уже не поверхностность… Это — высшая философия.

Джулия, усевшись рядом, передернула плечами.

— Возможно. Но, во всяком случае, не для меня. Мне всегда казалось, что я до ужаса поверхностная и легкомысленная…

Кэпвелл смущенно улыбнулся.

— Я тоже.

— Но не так, наверное, как я.

— Помнишь, — сказала Уэйнрайт, — ты как‑то рассказывал, что по твоим последним наблюдениям. Лили Лайт — авантюристка?..

— Вне всякого сомнения. Хотя, как мне кажется, для нее подходит несколько иное слово.

— Какое?..

— Она прожженная аферистка.

— Не вижу разницы…

— Как — неужели ты думаешь, что между тобой и Лайт нет никакой разницы?..

Джулия заулыбалась.

— Как же… Ведь я же не лежу в госпитале в состоянии комы…

Лицо Мейсона посуровело.

— Не кощунствуй, Джулия…

— Нет, ты спросил о разнице…

— Ты спросила о разнице в определениях… Впрочем, дело не в них…

Джулия, сделав небольшую паузу, продолжала:

— Так вот… Мне иногда кажется, что и я тоже. Только мой авантюризм какой‑то скрытый…

Мейсону от этого самоопределения собеседницы почему‑то стало очень смешно.

Внимательно посмотрев на Джулию, он спросил:

— А почему теперь у тебя такое упрямое выражение лица?..

Она передернула плечами.

— Не знаю… У меня, как мне кажется, всегда такое лицо.

— Может быть, это отпечаток, который наложила на тебя твоя профессия?..

Она передернула плечами.

— Наверное…

— Во всяком случае, по тому, как ты ведешь процесс, нельзя сказать, что ты такая уж легкомысленная, какой хочешь показаться…

Уэйнрайт ответила смущенно:

— Спасибо… Кэпвелл продолжал:

— Иногда люди хотят казаться куда хуже, чем они есть на самом деле, — философски заметил Мейсон.

— Правда, таких людей немного: подавляющее большинство как раз наоборот: хочет показаться лучше, чем они есть на самом деле…

Джулия, вспомнив окружного прокурора, почему‑то спросила:

— Как Кейт Тиммонс?..

— Не знаю… Я никого не имею в виду конкретно…

После этой фразы в спальне зависла пауза…

Мейсон лежал, развалившись на кровати. Он был расслаблен, умиротворен, спокоен и очень счастлив — во всяком случае, Джулии он показался теперь именно таким.