— Вы не против, если я почитаю?

— Вообще, я хотел с вами поговорить, Катарина, — неожиданно признался он, и внутренности завязались узлом. — Думал, что удастся вас оторвать от учебы днем, но лучше сейчас, пока нет Рэдвина.

Элайджа кивнул тетушке Элле, молча попросив ее выйти. Когда мы остались одни, я нервно поерзала на высоком стуле. От запаха горячего омлета неожиданно начало подташнивать. Стараясь справиться с нарастающим напряжением, я прихлебнула кофе, но тот показался невыносимо крепким. Пришлось добавить кусочек сахара.

— Любите сладкое? — спросил Элайджа, наблюдая за моими нервными ковыряниями.

— Не люблю горькое, — сухо отозвалась я и снова попробовала кофе. Сахар горечь не снял, возможно, просто к горлу подступила желчь. — Что вы хотели обсудить?

— Вчера Рэдвин заявил, что подумывает вступить в программу освоения Салигарда, — по-настоящему удивил меня Даррел-старший. — Уверен, вы знаете, что мы не произносим название этого гиблого места в нашем доме. Мой брат — наследник огромного состояния, от него зависит огромное количество людей. Он не имеет права ни на риск, ни на ошибку. Понимаете, что я пытаюсь сказать?

— Пока не особенно, — медленно вымолвила я."

"— Катарина, вы хотите карьеру в столице. — Элайджа не сводил с меня пронизывающего взгляда, вызывающего желание поежиться. — Не сомневаюсь, вы много работали, чтобы добиться успеха, и вряд ли вас интересует служба в забытой богами дыре. Убедите моего брата не глупить. Он нужен здесь.

Живот сводило неприятной судорогой. Во рту пересохло.

— Почему вы решили, что Рэдвин меня послушает? — спросила я.

— Да бросьте, Катарина, — поморщился Элайджа. — Я знаю, почему вам пришлось приехать. Вы с Рэдвином магически созависимы и вынуждены все время находиться вместе. Вряд ли после диплома у вас появится возможность месяц отходить в безмагических браслетах. Да и при взгляде на вас обоих очевидно, что вы наслаждаетесь созависимостью, как бы странно это ни звучало.

— Вы ошибаетесь, господин Даррел, — тщательно следя за голосом, с непроницаемым видом (или мне хотелось думать, что он непроницаем) возразила я. — Мы были магически созависимы, но связь оборвалась. Не думаю, что имею право лезть к вашему брату с ценными советами.

Возникла долгая натужная пауза.

— Катарина, вы испугались, когда в Разломе на него напала нежить? — сложив руки на груди и откинувшись на спинку стула, почти светским тоном спросил Элайджа.

— Да, — согласилась я. — Очень.

— А так будет случаться почти каждый день.

— Послушайте, Элайджа, — с раздражением вымолвила я. — Мы с Рэдвином познакомились, когда он страховал меня в Разломе. Ваш брат — один из лучших боевых магов академии. Да нет, он, пожалуй, действительно лучший! И никогда не рискует просто из любви к искусству.