Кит-Канан, стоявший далеко слева от Ситэла, вглядывался в мелькавшие лица в поисках Герматии. В зале находилось не менее трехсот эльфов, и хотя все молчали, шум шагов и шорох шелковых и льняных одежд наполнял зал. Герольды стали у подножия трона Пророка и провозглашали имена эльфов, группами подходивших к Ситэлу.

Мимо шествовали жрецы и жрицы в белых мантиях, с золотыми повязками на головах, с поясами цвета своих богов-покровителей: серебряный — Эли, красный — Матери, коричневый — Кири Джолит, небесно-голубой — Квенести Па и так далее. По древнему закону они были босы, чтобы их ноги касались священной земли Сильванести.

Отцы кланов проводили свои семейства перед Пророком. Кит-Канан затаил дыхание, когда к трону подошел лорд Шенбаррус из клана Дубовых Листьев. Он был вдовцом и вел под руку старшую дочь.

Герматия.

Ситэл заговорил в первый раз с тех пор, как вошел в Звездную Башню.

— Госпожа, останься, — обратился он к Герматии.

Герматия, облаченная в вышитое платье цвета летнего солнца, с лицом, обрамленным двумя девичьими косами — Кит-Канан знал, что она терпеть их не могла, — поклонилась Пророку и, отойдя от семьи, остановилась у подножия трона.

По залу пронесся шум трехсот голосов.

Ситэл поднялся и предложил Герматии руку. Она смело взошла по ступеням и стала рядом с ним.

Ситэл кивнул герольдам, и тишину разрезал резкий звук трубы.

— Тихо! Его величество будет говорить! — воскликнул герольд.

В наступившей тишине Ситэл оглядел толпу и остановил взгляд на жене и сыновьях.

— Благородные жрецы, старейшины и молодые, возрадуйтесь сердцем! — начал монарх, и эхо его мощного голоса наполнило просторный зал. — Я призвал вас сюда, чтобы сообщить приятную весть.

Мой сын Ситас, который займет трон Пророка после меня, достиг зрелого возраста и желает обзавестись семьей. Должным образом обратившись за советом к богам и главам кланов Священного Дома, я выбрал девушку, достойную стать невестой моего сына.

Левая рука Кит-Канана нащупала рукоять меча. Принц был совершенно спокоен — он долго и тщательно все обдумывал и теперь знал, что следует делать.

— Я выбрал эту девушку, хорошо зная, каким разочарованием мой выбор станет для других кланов, — говорил Ситэл. — Я глубоко сожалею об этом.

Если бы мы жили в стране варваров, где мужчины могут иметь по нескольку жен, осмелюсь заявить, что я бы смог осчастливить и других. — (По рядам знати пронесся вежливый смех.) — Но у Пророка может быть лишь одна жена, и я выбрал только одну. Я от души надеюсь, что она и мой сын будут так же счастливы вместе, как я и моя Ниракина.

Он взглянул на Ситаса, и тот подошел ближе к отцу. Держа Герматию за левую руку, Пророк протянул руку к Ситасу. Присутствующие, затаив дыхание, ожидали официального объявления о помолвке.