Накрыла сверху второй банкой и снова замотала скотчем.

Вернулась в дом и занялась горохом. Пойло получилось ещё гаже живчика. Шпилька смогла сделать лишь два глотка, чудом при этом не лишившись содержимого желудка. Предложила Лайме — та, к удивлению, даже слизнула пару капель с ложки, но от второй порции ожидаемо отказалась.

— Ну что, появление супер-способностей простимулировали, пора заняться делом, да? — потрепала собаку по голове Шпилька. — Нам нужны те, у кого уже появился споровый мешок, но сами они ещё не превратились в каких-нибудь топтунов. И не больше двух, поняла? Справишься?

Овчарка в ответ лизнула Шпильке ладонь и сорвалась с места так, что только хвост мелькнул в дверном проёме. А сама Шпилька отправилась готовиться.

В центре асфальтированного пятачка между домами установила скреплённые скотчем банки. Аккуратно разложила вымоченный в бензине бинт, уведя его за угол одного из бараков. Второй бинт протянула к противоположному бараку — кто знает, с какой стороны придётся поджигать.

И принялась ждать."

"Лайма отсутствовала не больше часа и вернулась в сумерках, приведя за собой всего одного лотерейщика. Бегала тварь быстро, но за собакой угнаться всё-таки не смогла.

— Сюда! — крикнула Шпилька, выглядывая из дверного проёма, чиркнула спичкой и поднесла к бинту колеблющийся огонёк.

Бинт вспыхнул, пламя весело помчалось к бомбе. Овчарка влетела в дом, рванула вверх по лестнице. Шпилька просто спряталась за стеной.

Рвануло так, что в домах зазвенели стёкла, по стене с наружной стороны застучала шрапнель из гвоздей и пуль. И всему этому вторил громогласный «урк» разгневанного лотерейщика.

Дождавшись, пока этот рык станет единственным звуком, Шпилька выглянула из укрытия, держа наготове топорик. Лотерейщик, разумеется, был жив. Но не особо здоров — ему неслабо посекло ноги. Правая вся была в лоскутах содранной кожи, а левая и вовсе висела на каких-то остатках жил. Не сумев встать после взрыва, он всё равно стремился к своей цели, полз, подтягивая себя руками, и непрерывно рычал.

Покрепче перехватив топорик, Шпилька решительно направилась к твари. Рык лотерейщика сменился уже привычным голодным горловым урчанием.

— Что, быстро бегать больше никак? — не без злорадства поинтересовалась Шпилька. — Бывает. Сочувствую. А теперь замри, мне прицелиться надо.

Лотерейщик, замирать, разумеется, не собирался. Увидев Шпильку, он с удвоенной силой пополз к ней. Шпилька попыталась зайти сбоку, чтоб рубануть тварь по шее, но та, неожиданно проворно развернулась, вытянув в направлении девушки руку с плоскими когтями.

— Ну вот и что мне с тобой делать? Ждать, пока кровью истечёшь?

Урчание стало возмущённым. Шпилька вздохнула и занялась грязной работой. Рубанула топориком по протянутой к ней руке.