Руки занемели и плохо слушались, да и нож оказался туповат, так что времени на это ушло немало.

Одно хорошо — овчарка не проявляла никаких признаков беспокойства. Значит, заражённых поблизости нет. Всё остальное было откровенно плохо. Живчик, забадяженный на коле, так и остался то ли в Лондоне, то ли в раскуроченном элитой грузовике муров. Оружия тоже нет. Осталась только горошина, которую муры не удосужились забрать, да подсумки с магазинами к Сайге. Ну и вот этот вот нож, которым не то что мертвяка убить — самой порезаться и то проблематично.

А мертвяки сейчас ой как нужны, причём не пустые.

Подумав немного, Шпилька отправилась мародёрить брошенные квартиры. Из полезного были найдены две банки тушёнки, уксус, сода и пустая бутылка из-под воды.

Тушёнку Шпилька вскрыла всё тем же ножом. Одну банку слопала сама, вторую, скрепя сердце, отдала собаке. Облизала пальцы, сожалея, что еды оказалось слишком мало. И тут в голову ей пришла мысль, от которой прежняя она — Анна, — пришла бы в ужас.

Шпилька поднялась и по второму кругу принялась обшаривать квартиры. На этот раз её добычей стали спички, авоська, судя по виду изготовленная ещё на закате Советского Союза, несколько мотков стерильного бинта, наполовину пустая канистра с бензином, скотч, шило и небольшой топорик, для надёжности примотанный к рассохшемуся топорищу изолентой.

— Ну что? — весело поинтересовалась она у неотступно следовавшей за хозяйкой Лаймы. — Устроим охоту? Только, чур, сильных заражённых сюда не тащить. И пустышей — тоже.

Овчарка радостно продемонстрировала Шпильке пасть со свесившимся языком и вильнула хвостом.

Первым делом Шпилька развернула бинты и отправила их отмокать в канистру с бензином, оставив снаружи только хвостики. Шилом и ножом проковыряла в одной из опустевших консервных банок небольшую дырку. Дальше стало немного сложнее, потому что вскрывать патроны Шпилька не умела и даже не представляла, с какого боку ей к этому процессу подступиться.

Пришлось осмотреть дом по третьему кругу. В результате с задней стороны обнаружился вход в подвал, где один из бывших жильцов оборудовал себе нечто вроде мастерской с кучей всякого инструмента, который Шпильке доводилось видеть только на картинках в интернете. Но главное — здесь был верстак с закреплёнными на нём тисками. И, разумеется, пассатижи.

Шпилька приступила к делу.

Ближе к вечеру перед ней вместо двух магазинов патронов красовалась небольшая горка пороха. Отдельно были сложены пули и гильзы. Последние она по здравом размышлении так и оставила лежать на верстаке, а остальное смешала с найденными здесь же гвоздями и саморезами и пересыпала в консервную банку, предварительно воткнув туда конец вымоченного в бензине бинта и закрепив его скотчем.